Виньес и Сех стояли на месте, следуя приказу командира. Сони, не веря своим ушам, смотрел в его синие глаза и не видел там ни капли сострадания. Только решительность — увести как можно быстрее подчиненных прочь от опасности.
Если подумать, то он был, как всегда, прав. Никто не знал, что случилось с другими магами, нашли ли они способ уничтожить када-ра и, главное, доберутся ли они до Ламана. Спасти магов в этой ситуации было важнее, чем нескольких квенидирских бедняков. К тому же Дети Ночи, сожрав двух человек, почему-то не тронули мать с сыном. Может быть, чудовища сочли их души невкусными и больше не приблизятся к ним?
— Помилуй, великая Богиня-Мать, да что ж вы за мужики-то такие! — внезапно запричитала старуха. — Вас столько мужиков здоровых, закиньте уже кто-нибудь мальчонку к себе на спину! Неужто вам такая охота на совести мертвого ребенка иметь?
Совесть. Сони развернулся и прикусил язык, заглушая пульсирующую в лодыжке боль. На его совести были тысячи человек, погибших из-за порождений Шасета. Еще одного ребенка и его несчастной матери там не будет. Либо он вытащит их, либо сдохнет, пытаясь собой отвлечь када-ра, когда те прилетят.
— Кален, надо им помочь, — умоляющим тоном попросил Сех.
— Нет, — отрезал тот. — Сони, стоять, я сказал!
Сони не остановился. Поэтому и не видел лица командира, когда сехен шепотом, с ненавистью в голосе произнес:
— Ты ничем не лучше када-ра, Кален.
В разлившемся после этого безмолвии было слышно лишь сипение матери Ниланэль, у которой никак не получалось отдышаться, и нарочито громкий топот Сеха. Не выдержав, Сони повернулся. Набычившийся сехен, догоняя его, с сердитым видом направлялся к сапожницкой мастерской, а Виньес, не ожидавший ничего подобного от всегда послушного мальчишки, наблюдал за ним с отвалившейся челюстью. Во взгляде Калена стояла печаль.
— Тени! Тени пришли! — взвизгнул Ирьяс.
Старший из братьев-северян, словно его кто-то толкнул в спины, бросился к воротам. Он бежал с умопомрачительной скоростью, которая, казалось, была совершенно невозможна на снегу, бежал так, словно крепостная стена была волшебной преградой, и када-ра не могли ее преодолеть. Младший кинулся за ним, поскользнулся и упал, однако, встав, за братом не последовал. Понимал, что када-ра настигнут их там точно так же, как и здесь, и лучше быть с магами.
— Лайрас! — крикнул мужчина.
Но брат о нем напрочь забыл — на первом месте у него было собственное спасение. Ирьяс, думавший о том же самом, мертвой хваткой вцепился в Калена, в котором безошибочно угадал самого сильного мага. Ниланэль оцепенело уставилась в небо — туда, откуда спускались Дети Ночи. Ее пальцы инстинктивно зашевелились, создавая дротик, но магическое оружие так и не легло ей в руку — энергия иссякла.
Их было несколько десятков. С неба как будто спускался клубок ночи, которую солнечные лучи так и не смогли прогнать в Бездну за край горизонта.
— Помилуй, великая Богиня-Мать… — повторил за старухой Сони ее недавние слова.
За этими када-ра наверняка появятся и другие. Сони оглянулся на ребенка с матерью, которые опять забились в щель между стенкой мастерской и ящиками. Пойти туда — привлечь к ним чудовищ. Нужно было или удирать, как те братья, или… Или что?
Что делать, он решил в доли мгновения. С Сехом у них получится быстро донести мальчика до дневных магов. Если его откажется спасать Кален, то уж у Виньеса совесть должна проснуться. А дальше Сони помчится в противоположную от них сторону. Он ушел от када-ра уже два раза, авось на этом его везение не закончится.
Сехен уже бежал — похоже, он без подсказки принял такое же решение по поводу ребенка. Это было отлично, и идея была отличной, но, почти достигнув прилавка, Сони понял, что в ней не так.
Скорость. Када-ра были гораздо быстрее людей.
Длинная рука чудовища — черная ветка с когтями-крючьями — высунулась из прилавка прямо над женщиной с сыном. Им повезло, что они этого не видели. У Сони все обмерло внутри, когда порождение Шасета выбралось из стены целиком, а за ним — еще одно. Пасть-дыра вытянулась в полумесяц — тварь улыбалась.
— Еда… — прохрипела она. — Хоро-ошая еда…
— Обильные души… Съесть… Убить… Уничтожить… — раздавалось со всех сторон.
Первая из уродин метнулась к гвардейцам. Сехен, который значительно обогнал Сони, едва успел пригнуться — тварь пронеслась на расстоянии нескольких пальцев от его рыжей головы. Но Сех ее и не интересовал. Своей целью она выбрала Сони.
Внезапно када-ра окутала золотая сеть, а в ее ячейки воткнулось множество крошечных копий. Существо завизжало, заставив Сони прижать к ушам ладони. Сеть тем временем сжималась, раздирая туманную плоть. Через пару мгновений тварь, напоследок издав оглушающий вопль, распалась на куски. На снег мягко опустились растворяющиеся клочки тьмы.
— Берите ребенка и двигайте сюда! — взревел Кален.
