Он протянул мне потрёпанный конверт с какими-то небрежными пометками карандашом, где оказался видавший виды паспорт с моей фотографией, выписанный на имя некоего Андрея Леонидовича Прохорова:
– Постарайся особенно не светиться, но это может вполне сгодиться.
– Спасибо. Даже не знаю – что и сказать…
Я некоторое время вертел документ в руках, перелистывал страницы и думал о том, как всё легко, оказывается, у кого-то решается. Наверное, как и многих из нас, меня часто тянуло почувствовать себя хотя бы немного сопричастным к подобным людям, в какой-то мере разделив их влияние и власть. Вот, собственно, выдался и неплохой случай, от которого, вполне возможно, многое зависело в ближайшее время.
– Вот и порядок. В общем, думаешь, сможешь решить этот вопрос?
– Постараюсь как-нибудь определиться, ведь он непосредственно касается и меня.
– Ладно. Рассчитываю на тебя. А если ещё что, то вот.
Виталий Александрович протянул мне сероватую визитку, мельком глянув на которую я с удивлением увидел, что он «доктор технических наук»:
– Звони в любое время. Конечно, не все, но большинство проблем решим без проблем.
– Обязательно воспользуюсь, – кивнул я и тепло улыбнулся. – Ты весьма к себе располагаешь.
– Все мы люди. Разве нет? И должны в меру сил помогать друг другу.
– Согласен.
– Может быть, кофе или ещё чего? – вступила в разговор Людмила, махнув рукой в сторону плиты.
– Нет, спасибо. Дела не ждут. Ты же знаешь, я решил ненадолго заехать и просто посмотреть в глаза этому человеку, чтобы убедиться – с Наташей всё будет в порядке. Теперь я уверен и, думаю, самое время спуститься со мной вниз и познакомиться с ребятами.
Виталий Александрович сжал в кулак правую руку, и я только тут обратил внимание на размытую татуировку на запястье. Что-то с морской тематикой, наподобие тех, что были у моего дедушки, и это, наверное, оказалось дополнительным штрихом к моему расположению:
– Да, давайте спустимся.
Гость поднялся, но не вышел с кухни до тех пор, пока не присел рядом с Нордом, который вёл себя с ним очень спокойно, потрепал по развесистым ушам и пригласил нас вежливым жестом быть первыми.
– Вот твои ботинки, – многозначительно подняв брови, негромко сказала Людмила, и я увидел нечто очень стильное и при этом, видимо, дорогое. – И куртка с шапкой.
Оглянувшись на Виталия Александровича, я торопливо начал натягивать на себя всё это добро, убедившись, что размер подобран очень верно и в вещах на самом деле необычайно удобно. Странно, мне-то раньше казалось, что, конечно, мои вещи не из бутиков, но, по крайней мере, весьма ничего – та же осенняя итальянская куртка, за которую я отдал почти тысячу долларов. Но, оказывается, дороже – явно означает лучше, а не просто энная переплата за какие-то дизайнерские изыски или торговую марку.
– Шапку чуть приподними со лба… – шепнула, посмеиваясь, Люда. Я глянул в зеркало – оттуда смотрел совсем другой человек, похожий на какого-то респектабельного бизнесмена, но со странным головным убором, про который один мой знакомый любил говаривать «пидорка». В самом деле, эта тонкая вязаная шапка как-то нелепо смотрелась на моей голове, однако сейчас было не время затевать об этом споры, тем более что это могло обидеть девушку, расстаравшуюся ради меня просто в невероятные сроки.
– Норд! – позвал я, и мы вышли из квартиры.
Спустились на этот раз не на лифте, а по пологой боковой лестнице с панорамными окнами, выходящими на высокие яркие клёны. Красиво, и на фоне подобного великолепия природы все наши заботы и невесёлые мысли словно растворялись в чём-то намного более величественном, важном и вечном. На улице было пасмурно и снова накрапывал дождик, хотя, конечно, это трудно было сравнить со вчерашним ураганом.
– Доброе утро. Всё в порядке? – сдержанно поинтересовалась у Людмилы женщина на рецепшене, почему-то внимательно глядя на Виталия Александровича, и многозначительно добавила: – Что-то к вам зачастили гости.
Мы оставили эту реплику без комментариев и, когда оказались во дворе, я первым делом увидел, во что наша небольшая прогулка превратила джип Людмилы – машина была не просто грязная, а как будто перебиралась вброд через какое-то невообразимое болото. Зад «BMW» немного помялся, а с левой стороны зияли выбитые фары, что на мгновение вернуло меня мыслями к Дмитрию.
– Кто-то прямо убивал свою «бэху»! – усмехнулся Виталий Александрович, а Людмила насупилась и довольно резко ответила:
– Между прочим, это моя машина.
– Даже не хочу спрашивать тогда, чем ты на ней занималась.
– Справедливо. А это, видимо, твои товарищи?
– Можно и так сказать.
Мы миновали шлагбаум, где находился уже какой-то другой охранник, и остановились возле тёмно-зелёного «Паджеро», стоящего немного в стороне. Его двери были открыты, и рядом с каждой стоял крепкий бритый молодой человек – они были похожи друг на друга, как те распорядители в кинотеатре, с которого началась наша история.
