И не нужно мне продвижение, мне нужен новый “Порше”, низенький, но на толстеньких колесиках. И трусы “Армани”. Я умею быть роскошным любовником, а если очень хорошо заплатят, то и верным мужем. Я честен и не буду лазать в кошелек жены сверх положенного.
Для счастья мне достаточно, чтобы меня любили страстно и бескорыстно – так, как только и может любить богатая и успешная женщина. А спать по ночам она будет в той выемке, которая у меня на плече…»
Недавно журнал
В основном это пока чепуха, дающая повод пошутить любителям всего исконного и кондового. Типа «отказался от рибая» (от песто, от артишоков и т.п.).
Ах, бедняжечка! Ну, не пожрешь рибая – пожуешь антрекота.
Но вот это – серьезно:
«Выгнала неработающего мужа, стало реально дорого его содержать».
(Полина, 41 год, промоутер.)
Ай да Поля! Экономная какая!
Правда, не совсем понятно, что такое «промоутер». Человек, который превращает начинающих певцов в звезд шоу-бизнеса, – промоутер. Но и человек, который заступает тебе дорогу на улице и уговаривает купить набор кухонных ножей – тоже помоутер, вот ведь какая штука.
Наверное, Полина-промоутер – это пролетарий XXI века.
А жизнь пролетариев, особенно на заре капитализма, всегда была очень жестока:
«Везде варварское равнодушие, беспощадный эгоизм, с одной стороны, и неописуемая нищета – с другой, везде социальная война, дом каждого в осадном положении, везде взаимный грабеж под охраной закона, и всё это делается с такой бесстыдной откровенностью, что приходишь в ужас…»
© Ф. Энгельс, «Положение рабочего класса в Англии», 1845.
Но ведь, с другой-то стороны, в наше время неработающий муж может принести семье не меньше пользы, чем неработающая (на производстве) жена, всецело занятая домашним хозяйством, что на самом-то деле – ой-ой-ой какая работа! Неработающий муж может ходить за продуктами, готовить, убирать, стирать и гладить, встречать детей из школы и помогать им с уроками… Да куча дел!
Так что непонятно, в чем проблема.
Может, просто муж – бездельник? Тогда надо прямо говорить: «Был у меня законно оформленный альфонс, валялся на диване, пил-ел-одевался на мои деньги… ну, услаждал меня, конечно, но теперь всё,
Это уже совсем другой разворот сюжета.
Я тут прочитал недавно, что у одного человека умер любимый кот.
Он нанял таксидермиста и механика. И получилось радиоуправляемое летучее чучело кота. Кот-вертолет.
Фото было в Интернете. Многие видели. Довольно веселый вид. Хотя некоторые осуждают.
Я вспомнил, что лет сорок пять назад у меня была одна знакомая девушка.
Она была очень бедная. В смысле, из очень бедной семьи. И вот ей решили справить зимнее пальто. Потому что она была уже студентка второго курса. А прежнее она носила чуть ли не с восьмого класса, оно совсем какое-то детское было.
Пошили драповое пальто. На ватине. А на меховую оторочку пошел кот.
Потому что больше меха взять было неоткуда.
Денег совсем нет, ну совсем, вы понимаете?
А без хоть какого-то меха – никакого вида. Непонятно, что это зимнее пальто. Как будто девушка зимой в осеннем ходит, от людей стыдно.
Так что кот пошел на оторочку.
– Он уже старенький был, Барсик наш, – говорила девушка, поглаживая тощую меховую планочку. – Жалко, конечно. А что делать?
– Ну, поймала бы на помойке бездомного кота, если жалко! – говорил я.
–
И в самом деле.
Одного нашего профессора (а тогда он был еще доцент) секретарь парткома зазвал в пустую аудиторию, вытащил из портфеля папку, а из папки бумажку и сказал:
– Прочитай, Исай Михалыч.
Тот прочитал. Это было письмо, осуждающее Синявского и Даниэля, уже с целым столбиком подписей профессоров, доцентов и старших преподавателей.
– Вот, – сказал секретарь парткома. – Каковы гады, а?
– Гады! – воскликнул Исай Михалыч. – Мерзавцы! Двурушники! Негодяи! Подонки! Патентованные подлецы!
– Не части, – сказал секретарь парткома. – Подпиши и забудь.
– Сейчас, – сказал Исай Михалыч и полез в боковой карман. – Вот черт, ручку на кафедре оставил, я сейчас, буквально три секунды…
Вышел из аудитории, быстро дошел до кафедры, забрал портфель, сбежал вниз по лестнице, дошел до метро, доехал до станции «Курская», сел на электричку и поехал на дачу.
Благо была пятница. А следующее занятие у него было во вторник.
Мораль:
в отсутствии мобильных телефонов есть свои плюсы.
– Ваша книга чрезвычайно объемиста, в ней огромное множество персонажей, событий, размышлений. Скажите – таков был ваш замысел? Или герои романа в один прекрасный миг зажили своей жизнью?
– Ни то, ни другое. Все было совершенно иначе. Рукопись отвергли во всех журналах и издательствах, хотя роман был весьма складно написан, притом – со счастливым концом, как того требует литературный бонтон.
