Разумеется, я не мог ответить на эти вопросы. И не думаю, что Ида смогла бы дать ответы. Быть может, когда-то она тоже задумывалась над ними, но маловероятно, что сейчас это её хоть каплю беспокоит. Всё таки, прошло больше полутора тысяч лет. Насколько я успел изучить её характер, ведьма была достаточно открыта, непосредственна и не забивала голову мелочами. Её волновало лишь здесь, сейчас и то, что будет завтра. Быть может, это результат того, что она пережила внутри себя несколько личностей. А может, всегда была такой.
Первые пару дней она лишь крайне внимательно наблюдала за нашими вечерними тренировками со стороны. На третий день присоединилась к ним. Её тренировочный план был прост, после нашего обычного занятия, где я учил Миру хитростям и подлостям боя, она заставляла нас до кровавой пены нападать на неё. Вдвоём. В общих чертах мне была понятна её идея. С одной стороны это позволило бы мне и Мире быстро привыкнуть друг к другу на случай сражения в паре. С другой стороны, каждый вечер она становилась для нас недостижимым врагом. Любой воин знает, что действительно умелым можно стать, лишь побеждая тех, кто сильнее тебя. Зубами вытягивать себя на их уровень, а потом ещё чуть-чуть дальше. Чтобы хватило для победы. А что может быть лучше недостижимой ведьмы, которая пинками вбивает в тебя стремление достигнуть её? Идеальный противник. Шанс для почти бесконечного прогресса. Ты либо превзойдёшь его, либо упрёшься в пределы своего тела. Но, дьявол, как же это выматывало! Особенно Миру. Хотя я уже начал привыкать, для девушки пройдёт не меньше месяца, прежде чем она приспособится к такой нагрузке. Так что спарринг с ведьмой мне приходилось заканчивать в одиночестве.
Поначалу я боялся, что из-за такого образа жизни в нас начнёт копиться усталость и скорость передвижения снизится. Однако, каждое утро мы начинали бодрыми и отдохнувшими, даже несмотря на то, что часть ночи крал караул. Я потихоньку начинал подозревать, что тело после ударов Иды чешется ой как неспроста, но догадкой не делился. Хотя и сам не понимал, почему. Возможно, чтобы слегка позлить ведьму, которая, в принципе, могла ожидать, что я начну расспрашивать об этом.
По большому счёту, наш путь омрачало лишь то, что у Иды из одежды было лишь самодельное платье. Осень постепенно вступала в свои права, воздух становился прохладнее. И если в случае холода и непогоды она могла укутаться в один из наших плащей, то обуви у ведьмы не было никакой. Предложение временно обмотать ноги обрезками ткани она резонно отклонила. Обычная ткань выдержит от силы пару дней хождения по лесам и оврагам. А ненужных кожаных вещей, которые можно было бы пустить на временную обувь, с собой мы не имели. Ведьма не жаловалась, но по её лицу было заметно, что прогулка босиком давно перестала приносить ей удовольствие.
После того, как последней ночью прошёл солидный дождь, её настрой стал совсем дурным. Леса сменились глинистой почвой и идти нам пришлось по несусветной грязи. И, само собой, с каждым хлюпающим шагом Ида погружалась в доселе неизведанные пучины отвратительного настроения. Уже несколько часов я ждал, когда ведьму прорвёт и она попытается развеселиться, доводя меня. Но плотина всё держалась и держалась. А Ида всё мрачнела и мрачнела. Так что я предпринял лучшее, что мог сделать в такой ситуации. Молчал. Мира меня в этом негласно поддерживала.
Показавшаяся, наконец, мутная лента реки спасла положение. При виде воды Ида оживилась и прибавила шаг, да и мы поднажали. Унылая глинистая равнина нас порядком утомила, а на противоположном берегу виднелся подлесок. Если быстро найдём брод, то не придётся ночевать в грязи.
Но когда всё идёт так, как нам хочется? Брод отыскался лишь к вечеру, но, оценив расстояние до подлеска, я предложил попробовать дойти до него. Согласились все, включая Лошадь. Мы зашлёпали по грязи, постепенно покрывавшейся травой и кустарниками, время от времени поглядывая на стремительно заходящее солнце. Но через какое-то время нам пришлось остановиться. Наш путь пересекало то, чего тут не должно было быть. Следы.
— И как это понимать? — буркнул я, пялясь на хорошо отпечатавшиеся в сырой земле колеи телег, следы подков и отпечатки подошв. — Тут что, где-то недалеко деревня?
На душе начали тихонько скрести кошки. Привет, хвостатые, давно не виделись. Взяв карту, протянутую мне Мирой, я быстро прикинул наше примерное местонахождение. Если карта достаточно свежая, тут не должно быть деревень на день с лишним пути вокруг.
— Следы ведут только в одну сторону, — Ида подбросила моим кошкам еды. — И ведут они из Мёртвых Земель.
— Может быть, это торговцы? — Мира высказала своё предположение.
Я оглядел всё ещё раз и помотал головой:
— Малый обоз. Телеги, много коней, пешие и, кажется, даже следы собак. Военные, наёмники, разбойники. Кто угодно из этих ребят, но не торговцы. Слишком много всадников. Не знаю, кто это и что они делали в Мертвячке, но ночевать возле такой дороги мне не хочется. Уходим в подлесок, даже если идти придётся в темноте.
