— По рукам, — Ир протянул ей свою широкую ладонь. Кая с сомнением посмотрела на неё. Колдун склонился ниже и лукаво зашептал, будто заигрывал. — Ну же, малышка. Обещаю ничего не делать. Мне нравится играть честно.
Кая насторожилась, но руку всё-таки пожала.
Он опасен. Определённо опасен.
— Байхарт, идите к библиотеке, — Кая не оборачивалась. Знала, он слушает её, внимательно за ней наблюдает, ловит каждый жест. А ещё она не сомневалась, Рих абсолютно не согласен с таким положением дел. Он спустя столько лет всё ещё полагал, что Камеристка абсолютно беззащитна.
— Его Величество будет недоволен, — предпринял последнюю попытку.
— Его Величество знает о моей встрече с Господином Иром.
— Я понял, — за спиной Каи снова скрипнула дверь.
Байхарт вышел, и она осталась одна в окружении северян. Сама себе напоминала кролика в стае волков. Но она не боялась их. Только колдуна. Да и то, страх этот постепенно начинал отдавать уважением.
— Ну что, Ка-ме-ри-стка, — с хищной улыбкой протянул колдун. Ему точно не терпелось. Она интересовала его. Он хотел разгадать тайну дворца. Её тайну. Кая опасалась, что у него первого может это получиться. — Пройдёмся? Или ты хочешь говорить здесь?
Кая никак не могла побороть в себе страх оказаться загнанным зверьком. Ей не нравилась уверенность, с которой Ир обещал сыграть с ней. Он будто знал, что выиграет при любом раскладе. Разгадает, поймёт, откроет всем секрет, обернёт силу против неё.
Кая моргнула несколько раз. Нет. Это её замок. Колдун — всего лишь гость. Пусть его развесёлая манера вести дела и сбивала с толку, она всё ещё на своей территории, и он всё ещё мог бы стать для неё незаменимым союзником.
— Пройдёмся.
Первым делом Кая повела колдуна к конюшням. Она хотела отдать кулон мальчику. Он, конечно, обрадовался. Спросил, где нашла. Кая кивнула себе за спину и привычно солгала. Сказала, что это всё Ир. Он нашёл его. А Кая только указала на хозяина вещи. Мальчик северянина расспрашивать не стал. Только вежливо поклонился.
— Мило. Отдала все почести мне? Что-то не верится в твою доброту, — колдун, как и полагалось северянину, особой вежливостью не отличался.
— Вы совершенно правы, — Кая не видела нужды притворяться перед ним невинной. Он уже знал, что она не просто служанка во дворце. — Чем больше слоёв у лжи, тем более она очевидна. Даже мальчик мог бы поймать меня. Я рассудила, что вас он испугается и не станет задавать много вопросов. Такой исход намного лучше долгих разговоров. В конце концов, иногда самая лучшая ложь — молчание.
— Ты могла сказать правду. Ньял украл. Поверь, никто бы не сунулся с ним разбираться, — Ир шёл рядом, но Кая совсем не смотрела на него. И даже так усмешку в его голосе спутать с другой эмоцией было крайне сложно.
— Всё не так просто, господин Ир, — она умело скрыла своё удивление. Почему такой хитрец нуждается в пояснениях? — Слухи. Мальчик расскажет, что ваш человек украл церковную безделицу. Одни услышат «украл». Другие «церковную». Господин Ньял привлечёт к себе лишнее внимание не слишком добрых людей. Кроме всего прочего, прислуга только-только начала относиться к северянам… теплее.
— О да, — с гордостью протянул Ир, — некоторые северяне тоже теплее стали относиться к прислуге.
Кая часто отбивала подобные выпады дворян, решивших, что раз она всего лишь прислуга, то будет не прочь позабавиться с кем побогаче. Так что подоплёку в словах колдуна услышала сразу. Но она-то и без того знала, какая служанка с каким северянином проводила ночи. Колдуну незачем было подчёркивать легкодоступность некоторых горничных и кухарок.
— Ах да! — Ир подскочил и открыл перед Кайей тяжёлую дверь, при этом согнувшись в притворном поклоне. — Признайся, ты за собой таскаешь того лорда, или как там у вас, чтобы он тебе двери открывал?
— Он меня охраняет.
— Тебя-то? — колдун рассмеялся. Его смех прокатился эхом по пустым коридорам. — Ну, предположим, что я искренне верю, что тебе нужна охрана.
Кая свернула к тёмной каменной лестнице. Ир не отставал. Она знала, что никого с ними нет, никто не увидит, поэтому позволила себе немного покрасоваться. Сердце требовало показать свой дом во всей красе.
Они поднимались ступенька за ступенькой, и свечи в каждом канделябре, мимо которого проходила Кая, элегантно, как учили, придерживая юбки, вспыхивали тоненьким огоньком.
Ир присвистнул. Это была сущая мелочь. Но он её понял.
— Выпендриваешься? Похвально, — колдун снова тихо посмеялся. — Ты нравишься мне всё больше. Я бы тоже мог показать себя. Но увы. Все свечи тут твои. Как ты этого добилась?
— Вы сказали, что предпочитаете играть честно, — Кая бросила на него насмешливый взгляд через плечо. Она привыкала к нему, и позволила себе немного расслабиться, и даже сумела почувствовать искренний укол веселья. Король Элиот подобную мелочь оценить бы не смог, не понял бы, не почувствовал. Это же просто свечи.
— Скрывай от меня свою сущность подольше, малышка, — Ир теперь уже, казалось, смеялся по-доброму.
