Фрэя выбралась из машины первой. Маю, последовав за ней, чуть не свалился в кювет, протянувшийся между дорогой и земляной насыпью с торчащими корнями сосен. Сестра с двумя высокими хвостами на голове, в клетчатой рыже-коричневой юбке до земли, шла впереди. Её хвосты трепыхались за спиной, путаясь от ветра и ударяясь о короткое пальто, глубокий капюшон скрывал затылок.
Втроем они уходили всё глубже в лес, без конца подымаясь вверх под гору, или спускаясь вниз со склона. Они нашли водопад, и не один. Скальная порода у основания водопада вросла в землю, обтесанная ледяной водой и оструганная течением времени, она приняла необычную форму устрицы.
Время замедлило свой бег. Давно Маю не ощущал подобного умиротворения. Они лежали у купели водопада, слушая, как грохочут его воды. Поляна у водопада утопала в темно-зеленом мареве. На Фрэино лицо падала хвойная тень. На лицо попадали ледяные брызги водопада, согреваясь на теплой коже. Чудаки те, кто не ценят своих сестер. Медленно подавшись навстречу, Маю отыскал губами губы сестры. Просунул ладонь ей под спину, привлекая к себе.
Девушка неслабо огрела его по щеке.
– Эй, держи свои животные инстинкты от меня подальше!
Она приподнялась на локтях и надуто фыркнула: «Дурак». Накрученные, медно-каштановые волосы нацепляли с земли всяких веточек и кусочков мха.
– Не шуми. Мне просто было любопытно, – приободрил он сестру, похлопав девушку по руке. Следующий удар пришелся на вторую щеку, похоже, избиение лица было у неё короной техникой. – Перестань меня лупить! Я тебя и поцеловать-то по-человечески не успел!
Эваллё, перебравшись через Фрэю, улегся между ними, разряжая потасовку. Маю ощутил твердость плеча брата, когда тот пошевелился, расчищая себе место.
– Мир, ребята. Ну, что, малышка, покажем этому любопытному «джамбу» высший класс?
Маю пробрал нервный смех.
– Это была только шутка. Вы что, всерьез?
Поначалу была видна лишь спина Эваллё, склонившегося к сестре, потом парень приподнялся на руках, нависнув над Фрэей, и Маю увидел её лицо. Сев, мальчик не сводил глаз с брата с сестрой. Их губы встретились, и у Маю засосало под ложечкой. У обоих были закрыты глаза. Эваллё почти распластался на сестре, упираясь локтями в мягкую почву. Между их губами мелькали скользкие языки. Отведя со лба девушки челку, Эваллё выпустил вздох и широко раскрыл рот, накрывая сестрины губы. Движения их были куда более страстными, чем Маю ожидал.
Шатаясь, мальчик порывисто поднялся на ноги.
– Ты сдурел?! – набросился на брата Маю, сталкивая того с сестры на землю. – Ты точно извращенец, раз делаешь это!
– Это была только шутка, как ты и сказал, – вступилась за парня Фрэя, садясь и отряхивая одежду. – В отличие от парней из школы, Эваллё – джентльмен.
– Чем? Тем, что пристает к родной сестре? – поддел брата Маю. – И не надо в следующий раз втирать про самоуважение и нести прочую ахинею! «Должно же быть у человека самоуважение»… – спародировал он Валькины слова. – Знаешь, да пошел ты!
– О, Будда, Маю, да мы прикольнулись над тобой! Ты еще в полицию на нас иди заяви! Шуток не понимаешь!
– Как будто Эваллё не парень?
– Я не слепая, спасибо.
– Пускай он и твой брат, но он такой же самец как те парни из школы, которые тебя доставали!
– А ты-то сам кто, не самец, что ли?
Маю не ожидал, что последние слова сестры так заденут. Ему что, теперь тоже нужно доказывать, что он – настоящий мачо, для чего придется сосаться с сестрой?
– По крайней мере, не бросаюсь на тебя, как собака на кость, а потом делаю вид, что мне всё пох! Как это по-джентельменски!
– Ты что мелешь, это же Эваллё, да я не знаю человека сердечнее, – произнесла Фрэя высокомерно. – Он… Да это просто смешно!
– И когда он полезет в тебя, тоже будет ласковым и сердечным, я тебя уверяю. А ты думаешь, всё это хаханьки? Гляжу, я много упустил за четыре года, пока изображал на сцене клоуна!
Глядя на мрачные лица ребят, Маю процедил сухо:
– Какие-то вы странные… – подросток всё сильней распалялся, если его сейчас никто за пояс не заткнет, то пострадает в первую очередь физиономия брата, ну а потом Валька его просто изобьет.
Устав слушать, Эваллё, оттолкнувшись от земли ладонью, разогнулся и встал на ноги. Маю ожидал, что брат ему врежет. Фрэя следила за ними, сидя на земле. У Вальки губы еще оставались влажными после лобызания с сестрой.
– Ты понял, что ты меня оскорбил только что?
– Себя ты оскорбил еще больше, когда полез к Фрэе, так что не надо демагогии.
– Всё, что ты видел, было игрой, но оскорбил ты меня по-настоящему. Проблемы только твои, что не умеешь распознать шутку. Сейчас у тебя есть отличная возможность показать, что ты уже большой парень: сознайся, что всё, сказанное тобой здесь обо мне, – результат того, что ты напутал с выводом.
– Не приближайся, – предостерег мальчик, ощущая, как каменеют мышцы, – мне не нужны твои больные флюиды.
– Как скажешь, – Эваллё явно не планировал нападать. – Однако не ты ли первым затеял это мракобесие?
– Хочешь узнать, кто был первым? – Маю рванулся в сторону брата, метя кулаком тому в челюсть.
