– Это и моя ошибка, я позволила этому продолжаться. Я ведь хотела, чтобы у нас были братские отношения. Я люблю тебя, как брата или как сестру и не хочу ничего менять… потому что ты слишком дорог мне. Если бы мы зашли дальше… начались бы сомнения, упреки, непонимание, так происходит всегда, мы потеряли бы друг друга, и уже никогда не смогли бы наладить доверительных отношений, даже друзьями мы были бы корявыми.
– Я тебя поцеловал… это моя вина, – чуть помедлив, парень аккуратно сложил грязное белье, хотя в этом уже не было необходимости.
– Это не вина… просто, считаю, подарок на день рождение, – потребовалось ощутимо напрячь мускулы, чтобы подняться с пола. Янке тут же подскочил к ней, едва сам не завалившись, и поддержал под руку.
Она смотрела ему в глаза с досадой. Отпустив её локоть, Янке пробормотал:
– Я видел, как ты разговаривала с Икигомисске, видел, что за взгляд был у него… не обманывайся.
– Икигомисске неожиданно понравился моему брату, а у Эваллё нюх на хороших людей.
Тахоми сонно пролепетала что-то, попыталась устроить болтающуюся руку на диванной обивке, но та вновь соскользнула на пол.
– Ты ревнуешь к Икигомисске?
– Значение слова «ревность», оно чуждо мне.
– Послушай, – девушка зажмурилась и старательно потерла лоб, – это платье с оригами… его купил ты?
– Ты все равно его больше раза не надела бы, поэтому выбрал самое скромное.
– Это самое скромное? – недоверчиво потрясая головой, Фрэя направилась к себе в комнату, забыв пожелать спокойной ночи.
– Ты не прав, оно потрясающе, – Холовора подошла к зеркалу и во второй раз за день взглянула на свое отражение. Она оценивающим взглядом окинула себя с ног до головы, платье смотрелось идеально. Растрепанные волосы, вылезшие из пучка неровные пряди, куча «петухов» и «баранов». Сняв заколку, положила на этажерку. Провела рукой по волосам, надушенным туалетной водой с ароматом сливы и еще чем-то, должно быть, ванилью.
Она смертельно устала, но понимала, что если лечь спать, то так просто заснуть не удастся, голову будут атаковать мысли.
Девушка щелкнула пультом и включила развлекательный канал аниме, попав на рекламу. Забравшись на кровать напротив телевизора, откупорила банку пива «Катти Сарк». Распустила пучок свободной рукой и снова улеглась.
Она была почти счастлива. Ей повезло родиться собой, крупно повезло.
Глянцевые навесные потолки были не доделаны. Сделав внушительный глоток, Фрэя отмотала на несколько часов назад, вспоминая про Эваллё и про брата с сестрой, слушающих один плеер, Ионэ, просящего виноградный сок. Она уже было собралась пойти к братьям, пожелать им доброй ночи и еще раз поблагодарить, слезла с кровати, и потопала к двери на заплетающихся ногах. Как вдруг дверь открылась сама, и в комнату проскользнул Янке. Широкий свитер оголял правое плечо, и парень расчесывал царапину на коже.
– Сколько времени? – нервно спросил Янке.
– Половина двенадцатого, – пробормотала девушка, засыпая на ходу.
– Значит, воскресенье наступит только через полчаса.
– Разумно.
– И день рождение закончится с наступлением завтра?
– Точно.
– А пока ты именинница, я могу преподнести тебе еще один подарок?
– Можешь, – Фрэя глотнула пива.
– У меня просьба.
– Выкладывай.
– Я возьму твою косметичку?
Фрэя шумно выдохнула, пожалев было, что так опрометчиво согласилась, она предполагала нечто более жуткое.
– Да не вопрос, – тоном автоответчика произнесла она.
Янке тихо вздохнул и снова замялся.
– Отлично, показывай, что у тебя.
Трудноуловимое движение. Фрэя лишь увидела, как он прикрыл веки и подался вперед.
Русские снова загромыхали в квартире сверху.
С приятно удивившей страстью Янке приник к её губам, смакуя каждое мгновение. Всё теснее прижимаясь, опустила руки по пояснице. Легинсы плотно облегали маленькие ягодицы.
Рывками, собирая складками платье, шелестя, его рука легла ей на бедро. Ухватив правую ногу под коленом, Янке перебросил её себе на бедро. Девушка свободной рукой обхватила его плечи. В зажатой в пальцах банке колыхнулась ледяное пиво. Юбка задралась, оголив белый чулок и бедро. Как вдруг его объятия ослабли. Янке стремительно шагнул назад, опуская руки.
– Фрэя, давай… – выдавил он, бледнея, – остановимся.
– Тебе нехорошо?
С трудом оторвалась от парня. Янке выглядел цветуще, но никак не плохо.
Начиная понимать, в чем тут дело, Холовора вернулась к своей «Катти Сарк». Возник порыв прижаться к Янке, чтобы убедиться в правильности догадки, но парень уже открывал дверь.
– Тахоми проснулась. Я пойду к ней.
За его словами последовало тетино сонное бормотание.
– Воды мне… воды… Нил высох… крокодилы повсюду… тамтамы в голове… Давно так не напивалась.
Маю поставил на пол две «Катти Сарк» и две банки «Кирина».
– Будешь пива?
– Хочешь меня окончательно споить? – старший брат развалился на постели. – Ну, что, посмотрим бейсбол что ли? К пиву, – хохотнул Эваллё.
– Наши друзья снова в ударе… Чем они там занимаются, а? – задрав лицо к потолку, задумчиво произнес мальчик.
– На сямисэне наяривают. [Сямисэн – трехструнный музыкальный инструмент, отдаленно напоминающий лютню].
