– Если этому ненормальному снова что-то взбредет в голову, я не могу ручаться, что тогда он никого не покалечит! Пускай, Сатин что-нибудь сделает с этим!
– Не будь глупой! Не ходи туда!
Девушка была напряжена до предела.
Эваллё снова схватил сестру за руку, но та вывернулась.
– Я только на пару слов, скажу ему, чтобы пришел и разобрался! Аулис бы не стала преувеличивать!
– Мы сами разберемся!
– Да этот парень совершенно невменяем! Я быстро!
Она направилась к тому месту, где грохотало громче всего.
В комбинезоне, во всех этих побрякушках и на каблуках особо не побегаешь. Девушка уже натерла себе ступню.
На улице она шарахалась от веселящихся людей, бежала, наталкивалась, мямлила слова извинения.
Фрэя успела забежать и в ресторан с подмостками, где смеялись и пили, и в гримерки, и в зал за сценой.
– Где он?! Где Сатин?! – пристала она к Лим-Сиве.
Парни не могли оторваться от водного аттракциона с каноэ, горками и брызгами ледяной воды. Они полезли прямо в воду.
С ним Велескан и кто-то незнакомый совершенно затрапезного вида.
Тут же рука Велескана оплела её талию. Его отдающая алкоголем, эстрадная усмешка на тонких губах оказалась у самого лица девушки.
– Mien chatte****, куда намылились твои чудесные ножки?
– Я не пойму, я к тебе обращалась? И ты должен знать моё имя. Оно достаточно простое, чтобы запомнить, – брякнула девушка, отталкивая руки музыканта.
– Mienne f'ee*****, – исправился Вел, усмехаясь. – Не хочешь выпить со мной? – перешел он на финский, намеренно картавя.
– Отвали, если не хочешь иметь дело с моим отцом!
– Да ну, mienne f'ee… Не будь как восковая. Твой отец только рад будет перевалить заботу о тебе на чужие плечи, – бесцеремонно заявил Велескан, столкнувшись с ледяной стеной равнодушия. – Знала бы ты, как муторно иметь дочь, при его-то образе жизни.
Реплика Вела больно оцарапала слух и свилась тяжестью в желудке. Злость разобрала от такой неприкрытой наглости. Фрэя уже примеривалась, какая часть тела Велескана пострадает от её каблука первой.
– Ну ладно, Вел, отпусти девушку, – заступился за неё Лим-Сива и махнул рукой в глубину парка. – Сатин вон в тех трейлерах за колесом обозрения.
– Спасибо!
– А что случилось?! – крикнул Лим-Сива ей вдогонку.
– Спасибо!
До чего дошло! Как можно так напиваться?
То, что Лим-Сива назвал трейлерами, оказалось тесными комнатами в апартаментах Анны-Лизы. В коридоре было мрачно и накурено, музыка не смолкала здесь ни на минуту, сливаясь со всех концов парка «Enkeli» как в сточную канаву. Там, среди мусора и каких-то коробок, она столкнулась лоб в лоб с парочкой гомосексуалистов. И отскочила от них, как ошпаренная.
Парни скользнули по ней беглым взглядом и продолжили лобызать друг друга.
Картина, которая предстала её глазам, когда Фрэя прошла вперед, буквально пригвоздила к полу.
Они раскурили опиум. Этот наркотик проходят по биологии, в конце семестра весь класс выезжает в теплицу.
Фрэя не могла спутать его сладкий и горьковато-пряный запах.
В комнате было душно, воняло потом. Слабее ощущался приторный запах дешевых духов.
Сатин сидел в деревянном кресле, широко расставив ноги, волнистые локоны рассыпались по груди и плечам. Обувь он скинул, верхнюю часть костюма тоже. На его колене сидела молодая девушка, похожая на славянку, с пушистой русо-рыжеватой копной, в черном лифчике и чулках на подвязках; молния на короткой юбке сзади была расстегнута.
Холовора вдохнул, блаженно откидываясь на спинку стула. Наркотик, заволакивающий голову, следующая затяжка – и мужчина наклонился, чтобы поцеловать девушку. Рядом с левым подлокотником на коленях примостилась красивая блондинка с пышной грудью, в длинной юбке с разрезами. Красотка покрывала поцелуями шею Сатина, руки, пальцы, гладя по роскошным волосам, выбирая из них блестящую мишуру. По другую сторону – чернокожая девушка, платье съехало с тощей груди. Кто они, не иначе как шлюхи, проститутки. Рядом с креслом стояла пепельница, переполненная доверху, под ногами перекатывались бутылки с остро-пахнущим пойлом, все сплошь в импортных этикетках. Сатин отставил подальше руку с одноразовым стаканчиком и трубкой, чтобы не опрокинуть, грубо притиснул к себе полуголую девку, его рука соскользнула с её тонкой спины ниже, на упругие ягодицы, плотно обтянутые джинсовой материей. Она убрала колено. Его ладонь проскользнула под юбку, на мгновение девушка замерла, вцепилась ему в плечи, выпрямила спину. Из-за бедер девчонки было видно, как оттопырилась ткань на его ширинке. Блондинка наклонилась, провела языком по его груди, потянула зубами за правый сосок, медленно отпустила, оставив влажный след. У проституток у всех, как у одной, яркая помада, черные ногти. Девушка извивалась и мычала, тершись лифчиком о его тело. Сатин расстегнул ширинку. Лицо болезненно-бледное, взгляд мутный, волосы прилипли ко лбу.
