– Вчера я кончил подготовку материалов для Милвина. Завтра возьмусь за него всерьез. Хорошо бы договориться. Правда, у него есть еще два компаньона – с ними будет труднее. – Винс задумался. – Такой поселок обойдется тысяч в шестьсот. Если не дороже. Эскизы у меня в кабинете. После завтрака, когда мы закроем контору, давайте посмотрим их.
Эбби сказал, что это недурная идея, а Рафф заметил с юмором висельника:
– Может, поручишь мне обработать Милвина? Сам знаешь, для клиентов Блум неотразим.
– Да, – бесстрастно ответил Винс.
В половине десятого в чертежной стало тихо: все снова взялись за проект коркорановского бара.
Около двенадцати в чертежную вошла Сью Коллинз. Она прикрыла за собою дверь.
– Мистер Блум, вас там спрашивают. Я сказала, что не знаю...
– Кто? – Рафф повернулся на стуле.
– Миссис Вертенсон. Она пришла со своей родственницей.
– Вертенсон? А, Лойс Вертенсон! – Он отложил угольник. – Сейчас выйду к ней. – Он зашагал к двери, на ходу объясняя Винсу и Эбби: – Я говорил вам о ней – она из ньюхиллского комитета.
– Рафф, – остановил его Эбби, – ты без пиджака.
Рафф бросился в чулан и надел пиджак. В приемной он увидел двух женщин, которые рассматривали чертежи Тринити-банка и фотографии дома Эбби.
Заметив Раффа, Лойс Вертенсон сняла очки и протянула ему руку.
– Я пришла узнать, не нужен ли вам новый клиент. Это я. – Лойс Вертенсон улыбнулась своей сдержанной улыбкой. Повернувшись к девушке, стоявшей рядом, она воскликнула: – Ох, простите! Это моя кузина – мисс Данн. Мистер Блум.
Феби Данн вежливо поздоровалась с Раффом. Он пристально посмотрел на нее.
– Вы, наверно, уже получили письмо от Джоша Ханта? – спросила Лойс Вертенсон.
– Да, – живо откликнулся Рафф. – Да. Вчера.
Миссис Вертенсон покачала головой.
– Не думайте, что я не старалась их уговорить.
– Вы были изумительны, – с жаром сказал Рафф.
– А сейчас я хотела бы поговорить с вами о доме. Мы – мой муж и я – с июля только и делаем, что пытаемся раздобыть архитектора, и нам это до смерти надоело, и у меня чувство, что вы – тот самый человек, которого мы ищем. Я и решила заехать к вам в контору: если вы свободны сегодня, я показала бы вам участок. Нужно будет решить кучу вопросов...
У Раффа даже сердце сжалось от волнения. Дом.
И тут он вспомнил, что Молли и Кеннет Стрингеры из-за его звонка перестроили все свои планы.
– Сегодня не могу, но завтра... – огорченно сказал он.
– Завтра ничего не выйдет. Мой муж улетает в Дирборн, и я должна отвезти его в нью-йоркский аэропорт. Значит, я была права, Феби, когда говорила тебе, что вряд ли нам удастся заполучить его в последнюю минуту, – обратилась она к спутнице.
Феби Данн кивнула и улыбнулась. Рафф снова задержался на ней взглядом: бледное лицо, прямые черные волосы, челка, гладкое черное платье с белыми пуговицами. О таких девушках говорят, что они «интересные»: что-то в ней есть артистичное. Девушки с такой внешностью обычно встречаются в районе Одиннадцатой улицы в Нью-Йорке. Притом в ней чувствуется настоящая сердечность. Проницательный взгляд, волевой подбородок, крупный рот и стройные ноги. Как ни странно, чем-то напоминает Трой. Нельзя сказать, чтобы красивая, но сердечная и стоящая, а не великолепное чудовище вроде Мэрион Мак-Брайд.
А ведь он может позвонить Стрингерам и отложить поездку. Может.
Вот он, его шанс. Дом. Шанс построить дом.
Ничего не решив и опасаясь, что они распрощаются и уйдут, Рафф сказал:
– Раз уж вы здесь, не хотите ли посмотреть нашу чертежную?..
– Ты не возражаешь, Феби? – спросила миссис Вертенсон.
Рафф улыбнулся девушке, изо всех сил стараясь сделать эту улыбку неотразимой. Она ответила ему прямым взглядом. Не таким, на который он надеялся сейчас, о котором мечтал всю жизнь, но все же она сказала, что с удовольствием посмотрит чертежную и он видел, что ей это действительно интересно.
– А это – мои компаньоны, – сказал Рафф, открывая дверь в чертежную. Он представил дамам Винса и Эба и ему было очень приятно, что Лойс Вертенсон немедленно рассказала, в каком она была восторге от его выступления перед ньюхиллским комитетом.
Феби Данн распечатала пачку сигарет, и Винс подскочив к ней, щелкнул серебряной зажигалкой. Увидев, с каким жадным любопытством она оглядывает длинную комнату, он начал водить ее от доски к доске, показывая рабочие чертежи.
– Сразу после этого совета, – говорила миссис Вертенсон, – я сказала мужу, что хочу поговорить с мистером Блумом насчет нашего дома. Хотя я никогда не видела ни одного построенного им здания, все равно – я его поклонница.
– Мы все его поклонники, – с обычным своим тактом сказал Эб. Рафф заметил, что во время разговора он то и дело украдкой посматривал на Феби Данн.
– Беда в том, – поспешно сказал Рафф, – что мне надо ехать в СмитсВерн, а у миссис Вертенсон сегодня единственный свободный день.
И тут Феби отошла от чертежной доски Винса и сказала:
– Лойс, а может быть, с нами согласится поехать мистер Остин?
