Инженер Эспозито подъехал в назначенное время, видимо страх перед пробками на дороге оказался сильнее вечной итальянской необязательности, которая чем южнее, тем сильнее отравляла жизнь тем, кто не привык к этой национальной черте.
Лишь к восьми утра они добрались до гор, синеющих впереди. Саша надеялась, что они увидят небольшие приморские городки, но машина поднималась все выше по вьющейся змейкой дороге.
Первый раз они остановились в Трентинаре, маленькой, до блеска вылизанной деревне, которую, как оказалось, возлюбили для летнего отдыха немецкие туристы. Деревня оживала лишь по большим праздникам, в марте только на крохотной центральной площади ощущались признаки жизни: тут и церковь, и карабинеры, и мэрия и пара баров, все остальное спит глубоким сном. Инженер Эспозито, а теперь просто Адриано, рассказал, что главный праздник в Трентинаре- праздник хлеба. Пошла эта традиция издавна, и даже сейчас те, у кого сохранились старые печи, запускают их к этому дню, и потом приносят на праздник свою выпечку.
Смотровая площадка носила гордое имя Бельведере, виды оттуда открывались действительно bellissimi: на голые скалы и поросшие лесом вершины, на россыпь других деревень на гребнях гор.
Пару раз им встретились развалины старых крепостей, не отличимые от обломков утесов, торчащих над дорогой.
Вилась крохотная и быстрая горная речушка через лавровую деревню Лауриньо, средневековый горбатый мост так и просился на фотографию. Носились словно летом шмели; журчала вода, падая с небольшой высоты и старательно обходя маленькие камешки на своем пути; наверху под ярким солнцем замерла Лауриньо, а между древними булыжниками на самом мосту пробивалась травка…
Две деревни на карте обозначены как одна, Мальяно Ветере. На самом деле их две – Мальяно Веккьо и Мальяно Нуово. Старое и новое Мальяно с неприязнью смотрят друг на друга с расстояния 500 метров. Испокон веков они были одной деревней, но лет пятьдесят назад случилась вражда между двумя частями деревни. И разделилось Мальяно на две части, в каждой появилась мэрия, и жители одной смотрят с недоверием на жителей другой- чужаки они, чего хорошего от них ждать.
– В Векьо у меня друзья, – сказал Адриано. Стало понятно, что в Нуово он ни с кем не общается.
– А что, – на Сашин смех объясняет Адриано,– кампанилизмо- любимая развлекалочка Италии, «моя колокольня выше, чем у соседа»!
Здесь в Чиленто каждые сто метров поворот меняет пейзаж. То скалы в стиле Доломитов, то мягкие холмы, поросшие кудрявым лесочком, а то и вовсе лунный каменный пейзаж. Синие скалы сменяются ручейками, нежно сиреневые подснежники радуют глаз в зеленой траве.
– Это крокусы, – Адриано ведет машину все выше и выше, и закладывает уши, и все ближе становятся огромные темные деревья. И кажется, что машина не проедет, так густо смыкаются кроны и стволы, и все плотнее окутывает лес медленно движущуюся машину, и похоже, что эта дорога в никуда, в чащи из которых не выбраться. Саша призадумалась, а найдет ли ее здесь кто, а стоило ли садиться в машину к незнакомому человеку, даже если он хозяин апартаментов… Она схватилась за телефон, но горы не пропускали сигнала.
Вдруг машина вынырнула из чащи и притормозила у ослепительно яркого зеленого луга с ярким солнцем, и до боли прозрачная бежит по камешкам речка. Но Адриано машет: – За мной! И они пешком карабкаются по камням в темноту и сырость и даже страшновато становится от вида плотно увитых мхом влажных деревьев и зеленоватых скал, падающих куда-то в пропасть.
И вот под ними с большой высоты горная речка падает вниз, в бездонный черный провал, а они стоят на широком мосту, образованном самой природой. С другой стороны речка снова на мгновение выныривает из горы, чтобы упасть в черную и пугающую своей глубиной яму.
– Ворота ада! – ахнула Саша.
А машина снова тронулась в путь, они то поднимались, то спускались, то останавливались у синих скал с древним фонтаном, сложенным из синих камней. А потом еще один средневековый мост, и маленький водопад, и старая деревушка.
Горные деревушки Чиленто необычайно живописно гнездятся на склоне горы, или рассыпаются по верхушке, но заезжаешь внутрь- и все те же однотипные дома, пустые улочки вокруг неизменной маленькой главной площади.
– Почему же здесь нет моих любимых средневековых борго? – поинтересовалась Саша.
– Смотрите,– показал ей Адриано в самой привлекательной деревне- Пьяджине, где сохранилось несколько старых каменных домов. – В сороковые годы прошлого века дома укрепляли и заливали бетоном старые камни. А рядом строили уже более современные. Так и исчезли старые борго.
– Как жаль… но это горы, и дома должны быть укреплены на случаи частых землетрясений.
А потом они выехали на другой мост, современный, над горлом реки Саммаро. На всем пути им не встретилось ни одного автомобиля, и Адриано остановил машину прямо на мосту.
