– Ты никчемная дура. Если муж вытирает о тебя ноги, ты этого заслужила. Никакого чувства собственного достоинства! Только рыдаешь и жалуешься всем подряд. Веди себя прилично!
Тристиция глотала воздух широко раскрытым ртом. Потом вдруг расставила ноги, уперла руки в бока, хотела крикнуть, но от истерики и слез голос сел и она просипела:
– По крайней мере я не убиваю любовниц мужа!
– Что??? – хором ахнули все.
– Я ее видела! В ту ночь!!! Вы же все знаете, что ее муж гулял со шведской девкой. И она знала!
– Что ты несешь? – Синьора Ривелло ошарашенно озиралась вокруг. – Вы же не верите этой полоумной? Она спятила!
– Я спятила? Да, я тряпка! Но я люблю его! Вы все смеетесь надо мной, и вы правы! Но я не могу по-другому!!! В ту ночь я не выдержала. Я знала, к кому он пошел. Я взяла кухонный нож и пошла в ту квартиру, к той девице. Я дождалась, когда муж уйдет и пошла туда. Но тут я увидела…
– Что??? – опять хором выдохнули все.
– Я увидела ее! – Торжествующе ткнула она пальцем в синьору Ривелло. – Оказывается, не я одна слежу по ночам за мужем. Она стояла со шведской девкой, они спорили, девка смеялась ей в лицо. Потом повернулась, чтобы уходить, но Лелла – она снова ткнула пальцем вперед, – Лелла схватила ее сзади и воткнула нож! Как настоящая assasina! Девка упала, а она ткнула ее еще раз. А потом вскрикнула и убежала. Конечно, муж адвокат выгородит! Если не обрадуется, что избавился от сумасшедшей и не женится на нормальной. – Подбоченившись, Тристиция победно оглядывала притихших гостей.
– Синьора Ривелло, что она говорит, это правда?
Саша набрала номер Флавио, включила громкую связь.
– Раффаэлла??? – Спросил кто-то еще.
Синьора Ривелло молчала.
– Раффаэлла, Трис… Летиция говорит правду? E vero?
– Синьора Ривелло… – хорошо поставленный голос графини был спокоен, никаких эмоций. – Синьора Ривелло, мы ждем ответа.
– Да. Я убила ее. А вы хотели, чтобы я скулила и стала посмешищем всего квартала, как эта? – она презрительно сплюнула в сторону Тристиции. – Я знала, что он иногда встречался с женщинами. Но от этой девки он потерял голову! Даже перестал ночевать дома. Я говорила с ним. Он ответил, что не мое дело. Представляете? Я прожила с ним тридцать лет- и это не мое дело! Шведская путтана, которая якшается с уличной шпаной, не мое дело!
– И вы… убили ее?
– В ту ночь я проследила за ним. Вы же все знали, что они ночуют в отеле. Все знали! Шушукались между собой, сплетничали мне вслед. Я взяла нож на всякий случай, для самообороны, вы же знаете, каково ночью на виа Трибунале! Я просто хотела поговорить. Да, я опустилась до того, что хотела поговорить с la puttana! Она рассмеялась мне в лицо и сказала, что будет спать с моим мужем столько, сколько захочет. Что я мизинца ее не стою, и если я думаю, что муж вернется ко мне, когда она его бросит, то ошибаюсь. Она собиралась уйти, представляете? Оскорбила меня, наплевала мне в душу, отняла моего мужа, и пошла домой, как ни в чем не бывало!
– И вы…
– И я схватила нож. Я не знала, что эта… – Она снова презрительно плюнула в сторону Тристиции, – нас видела. – Вдруг женщина расхохоталась. – Представляете? Мы с кухонными ножами следим ночью за мужьями, я – и это ничтожество! Но это не имело значения, даже если бы вокруг стояла толпа. Я ничего не соображала. Я должна была защитить свою честь, если мой муж на это не способен…
Синьора Ривелло гордо подняла голову и пошла к выходу из магазинчика.
Там уже стояли карабинеры. Она, не опуская головы, протянула им руки. Флавио покачал головой:
– Не надо наручников.
Карабинеры повели синьору к машине.
Еще мгновение стояла тишина. потом все заговорили разом. Ни одного осуждения не услышала Саша, все говорили о том, что Раффаэлла Ривелло настоящая неаполитанка, постояла за свою честь.
***
Флавио рассказал Александре, что синьора Ривелло на допросе подтвердила все, что уже слышали карабинеры по громкой связи.
– Ее посадят?
– Ненадолго. Адвокат Ривелло не оставит жену без защиты, скорее всего адвокаты будут настаивать, что нож синьора взяла с собой для самообороны на ночных улицах, а убийство совершено в состоянии аффекта. Собственно, скорее всего так и было. А народ будет сочувствовать не Бритте, а Раффаэлле. Но может, в этом есть немного истины?
В основном они говорили по телефону. Освободившись со службы, Флавио сразу ехал в больницу; Кристина пришла в себя, врачи заверили, что теперь она пойдет на поправку, но капитан каждый день как на дежурство являлся в ее палату. Саша порадовалась: ухаживая за раненной девушкой, Флавио обязательно втянется, начнет чувствовать еще большую ответственность и уже никуда не денется от юной неаполитанки.
Она поинтересовалась у капитана, какие рестораны точно принадлежат к клану Палумбо.
– Зачем тебе? – подозрительно спросил Флавио.
– Не хочу туда зайти даже случайно! – Засмеялась она.
– Ну, скоро Палумбо изберется в местный парламент, и станет уважаемым человеком, видела предвыборные плакаты по всему городу?
– И все-таки?
– Держись подальше от «Il Pescatore» в порту!
