Что интересно, гилозоизм и вера в Мировую Душу и магию одушевленных вещей была не чуждой и другому известнейшему доминиканцу, современнику Кампанеллы Джордано Бруно. Не следует, несмотря на его определенные взгляды и мученичество, видеть в нем провозвестника новой науки и жертву мракобесия. Вот что он пишет во втором диалоге работы «О причине, начале и едином» от лица некоего Теофила – причем не критикуя его воззрения, а именно что одобряя и разделяя: «Я утверждаю неправдоподобное, но истинное, так как этот дух находится во всех вещах, каковые если не суть живые, то суть одушевленные; если они в действительности не обладают одушевленностью и жизнью, всё же они обладают ими сообразно началу и известному первому действию. И я не утверждаю большего, так как в данном случае я не хочу говорить о свойствах многих камешков и драгоценных камней; будучи отшлифованными, гранеными и живописно расположенными в оправе, они имеют известную способность возвышать дух и возбуждать новые чувства и страсти не только в теле, но и в душе. И мы знаем, что подобные следствия не происходят и не могут происходить от чисто материального качества, но с необходимостью относятся к символическому жизненному и душевному началу; кроме того, то же самое мы чувственно наблюдаем в мертвых сучьях и корнях, которые, очищая и собирая соки, изменяя жидкости, с необходимостью проявляют признаки жизни. Я оставлю в стороне тот факт, что не без причины некроманты надеются произвести многое при помощи костей мертвецов и полагают, что эти кости удерживают если не то же самое, то все же то или другое жизненное действие, которое в известных случаях и приводит к необычайным следствиям. Я еще буду иметь случай пространно рассуждать относительно духа, души, жизни, ума, который во все проникает, во всем находится и приводит в движение всю материю, наполняет ее лоно и скорее превосходит ее, чем она превосходит его полноту, и превышает ее скорее, чем ею превышен, принимая во внимание, что духовная субстанция не может быть превзойдена материальной, но скорее полагает ей предел»[96]. К этой цитате Бруно мы еще неоднократно будем обращаться, касаясь первого заключения Кампанелы в Риме. Также вероятно, что тогда же на Кампанеллу оказало влияние учение Парацельса насчет того, что тела отражают качества или дефекты души.
