А в частной жизни между нами завязались очень нежные и романтичные отношения. Мы сняли квартиру и поселились вместе. Артем мечтал стать политиком. Строил планы. Большую часть свободного времени Артем проводил среди «нужных людей», стараясь обеспечить себя полезными связями и оказать услуги полезным людям.
— Малыш, это те личности, от которых зависит наше с тобой будущее. Поэтому, пожалуйста, не обижайся и не ревнуй — всё будет хорошо, — говорил он, чмокая меня в лобик и отплывая на какую-нибудь очередную «важную встречу».
Когда он рассказывал о том, где он был и что делал, я слышала такие известные фамилии, от которых у меня попросту кружилась голова.
Пока Артем бегал по презентациям и вечеринкам, возвращаясь порой под утро, я как верная Пенелопа, ожидала его, развлекая себя занятиями французским языком. Я поставила себе цель выучить пять языков. Французский был вторым. Это тоже было очень амбициозно, потому что я мечтала, что стану женой политика, и мы вместе будем ездить по миру, и он будет представлять меня всем своим коллегам — а я, вся такая красивая, в блестящем белом платье с провокационным декольте, буду разговаривать то по-английски, то по-французски, то по-испански… Мечтала, какая красивая у нас будет свадьба, и что я буду самой шикарной невестой всех времен и народов. Вопросов Артему я не задавала, что его очень даже устраивало.
Гром в моей жизни грянул, как всегда, неожиданно. В одну непрекрасную пятницу я пришла на работу в родное пиар-агентство, меня вызвал генеральный директор и просто сказал:
— Лариса. Ты хороший сотрудник, и мне с тобой было очень приятно работать. Но понимаешь, в чем дело. Мне очень не нравится, что у вас с Ширяевым образовался такой тесный тандем. Я точно знаю, что Ширяев рано или поздно уйдет из компании и потащит тебя за собой, а вы с ним тянете почти четверть всех проектов. Это очень много. Поскольку вас с ним связывают еще и личные отношения, я принял решение, что тебе нужно подыскать какую-то другую работу…
— Как? — Посмотрела я на него непонимающе. — Вот так просто. «Лариса, уходи»?
— Конечно, не просто, — покачал головой директор. — Я дам тебе хорошие рекомендации, будь уверена, что ты устроишься в приличное место. Тем более, что, скорее всего, ты сразу же пойдешь на повышение. Опыт работы в нашей компании — это неплохая путевка в жизнь. — Он улыбнулся.
У меня не было выбора. Меня выгоняли, и я должна была уйти.
Под вечер я вернулась в нашу с Артемом квартиру очень грустная. Артем, как всегда, где-то пропадал, и мне было не с кем поделиться тем, что произошло. Я сидела и молча перебирала фотографии — вот мы с Артемом рядом за рабочим столом. Вот конференция, где мы вместе выступаем. Вот мы просто дома.
Дожидаясь своего любимого, я сидела и составляла резюме. Артем вернулся около трех ночи, выпивший, несколько раздраженный:
— Привет, — встретила я его в прихожей. — Как ты?
— Нормально, — буркнул он. — Чаю хочу, сделаешь?
Я вскипятила чай, и мы уселись на кухне. Артем молча мешал ложечкой сахар в чашке.
— Артём, меня уволили, — тихо сказала я.
Он поперхнулся чаем и вдруг посмотрел на меня с каким-то нескрываемым злобным торжеством.
— Давно уже пора, — неожиданно произнес он. — У тебя же ни одной своей идеи нет. Извини за откровенность, но ходишь за мной хвостиком. Несамостоятельная, просто детский сад какой-то. Если бы меня не было, тебя бы еще быстрее выперли… Абсолютная профнепригодность.
Я смотрела на него с ужасом. Еще недавно он восхищался моими способностями и моим умом, говорил, что я не такая «как все эти безмозглые дуры». А теперь он выговаривает такое.
— Не, ну всё к лучшему, — поправился он, глядя на мой растерянный вид. — Если, наконец, начнешь думать своей головой, то всё обязательно получится. Ты умница, давай дерзай. Резюме попроси составить кого-нибудь.
Я поняла, что в лице Артема поддержки я не найду.
С этого дня в наших отношениях что-то неуловимо изменилось. Он стал относиться ко мне более пренебрежительно, чем вначале. Я стала замечать то, чего не находила раньше — он жил своей жизнью, и ему было абсолютно всё равно, есть я рядом или меня рядом нет. Еда, секс — да и то нерегулярно — собственно, всё, для чего я ему требовалась. Разговоров по душам мы не вели, никуда вместе не ходили. В отпуск мы ездили тоже по отдельности.
Когда я устроилась в другое агентство, мы стали видеться еще реже, а понимать друг друга и вовсе перестали. Мой бывший генеральный директор был прав — я действительно пошла на повышение, мне доверили вести самостоятельные пиар-проекты. Я вовсе не чувствовала себя довеском Артёма, и все его несправедливые замечания в мой адрес начали меня немало злить. Я стала ездить в командировки, в том числе зарубежные. А Артём всё так же пропадал ночами.
Вернувшись из очередной поездки, я обнаружила, что замок в двери сменили. Дело было в одиннадцать часов вечера, я позвонила в дверь. Дверь открыл Артём, закутанный по пояс в полотенце.
— Привет, — сказала я ему.
— Привет, — сухо ответил он мне и пропустил внутрь.
