— То есть, если у нас по Сценарию как само собой разумеющееся имеется непонятного происхождения артефакт, то этот твой эфирный мегамозг придумает, и откуда он взялся, и для чего предназначен, и даже инструкцию к нему припасёт, датированную глубокой древностью? — спросил я.
— Да, именно это я и имею в виду, — кивнул он. — Иначе всё это сложное и древнее сооружение — это всего лишь рояль, предназначенный для одной-единственной цели…
Чтобы убить Сириуса. По Сценарию функция Арки состоит именно в этом — персональная мухобойка для моего крёстного. И спасибо тебе, демон, что не стал продолжать, а то с Флёр каждый раз, как кто-то упоминает его гибель, случается самая натуральная истерика.
— Рёяль? — переспросила Флёр.
— Это шутка такая, — пояснил Дима. — Из анекдота. “Рояль в кустах” означает внезапный и совершенно ничем не обоснованный подарок герою со стороны автора произведения. Подарок, кстати, может быть и плохим.
— Я, кажется, пёнимаю, — задумчиво произнесла Флёр. — Если читать этёт самый Сценарий, то подёбные вещи в нём через страницу…
— Точно, — возбуждённо подпрыгнул он. — Но при этом вам, жителям этого мира они кажутся совершенно естественными, потому что эта сущность устроила ваш его таким образом, что они выглядят, как норма. Название “мегамозг”, кстати, мне кажется не совсем правильным. Лучше представь, будто нашу планету укутывает прозрачное облачко, способное думать и чувствовать…
— Ну почему же тогда “планету”? — удивился я. — Думаешь, подобное сверхсущество отчего-то привязано именно к Земле? По-моему, это похоже на манию величия…
— А я вообще не уверен, что кроме Земли во вселенной вообще что-то есть, — заявил он. — Если у этой сущности имеется возможность создать целый мир, то позаботиться об иллюзии бесконечности вокруг него уж точно не затруднит…
— Это всё звучит интёресно, — подала голос Флёр. — Но всё же мы хотели узнать про Арку.
— Вызовите меня завтра, — попросил Дима, вставая. — Я проведу исследования и выясню всё, что можно. У нас под боком университет с целым историческим факультетом, прекрасной библиотекой и парой светил мирового уровня. Что-нибудь придумаем.
Как оказалось, за один день у демона прошло два месяца. Он выглядел явно уставшим и замотанным, но присутствие Флёр и Белинды моментально привело его в бодрое расположение духа — он вытянулся, надул грудь колесом и издал еле слышный звериный рык. Потом его взгляд опустился на уже заметный животик Бель и из масляного превратился в какой-то добрый и радостный.
— Это Блэк-младший, ведь правда? — взволнованно спросил он.
— Правда-правда, — с гордостью ответила за неё Флёр.
— А когда? — спросил Дима. — То есть, вы меня простите за любопытство, но всё это так…
— Ничего страшного, — улыбнулась Белинда. — В начале октября.
— Это просто замечательно! — восторженно произнёс он.
Мне его радость была понятна — усилия уже не пропали даром, и если даже спасти Бродягу не удастся, всё равно после него останется след… Наследник…
Демон протянул мне ещё один планшет.
— Вот, смотрите, я сюда скинул всё, что удалось найти по этому поводу, — деловитым тоном сказал он. — Благодаря, кстати, вашему папирусу у нас случился настоящий прорыв в египтологии. Вполне вероятно, что наши светила даже получат Нобеля в следующем году, если конечно для них придумают правильную номинацию. Несколько подсказок в вашем документе содержали в себе недостающее звено для полной расшифровки египетских иероглифов, и теперь учёные всего мира пользуются составленным словарём и автоматическим переводчиком, запоем читая всё подряд из сохранившегося. На свет появляются древние научные труды и литературные произведения…
— Арка, — напомнил я, поняв, что он готов петь соловьём весь вечер.
— Ах, да! — спохватился он. — Итак — вот переведённая инструкция по применению. К сожалению, назначение Арки по-прежнему до конца не ясно, но ваше предположение относительно портала в другой мир вполне вписывается по крайней мере в соображения здравого смысла…
— А если твоё предположение относительно мегамозга верно, — подхватил я, — то здравый смысл должен преобладать во всём.
— Именно, — согласился он. — Убить можно и заклинанием, и оружием, и даже просто перьевой подушкой. Городить для этого подобный агрегат совершенно неэффективно…
“Зато красочно, — подумал я. — Вполне в духе дамского романа — давайте придумаем какой-нибудь изящный и максимально бестолковый способ убить второстепенного героя, чтобы главный герой страдал неимоверно.”
— Значит, он служит как средство транспортировки… — продолжил он.
— Но точно мы нё знаем, — перебила Флёр.
