Истукан вытаращил глаза ещё сильнее, и мне показалось, что выражение его лица немного поменялось. Точнее, оно осталось тем же, но лицо словно напряглось, боясь пошевелить даже мышцей. Хотя какие там мышцы — в дубовой-то голове?
Сириус пролез таки вовнутрь, подошёл к кристаллу и с натугой выдрал его из гнезда, в которое тот был вставлен. Как оказалось, ему приходилось сильно напрягаться, чтобы удерживать артефакт на весу — судя по вздувшимся на шее жилам, батарейка весила никак не меньше пятидесяти килограмм, а то и все восемьдесят.
— Вингардиум Левиоса, — скомандовал я, изящно взмахнув палочкой.
Ничего не произошло. Чёртов артефакт полностью игнорировал магию. Сириус кряхтя поставил кристалл на пол и снова достал палочку.
— Щеночек, поищи, нет ли где тележки с колёсами, — попросил он, пыхтя, как паровоз. — Желательно — сделанной магглами, а не трансфигурированной… А то чёрт его знает… А я пока тут…
И он отвернулся к истукану, зачем-то доставая из кармана перочинный ножик. Я направился к родителям и изложил папе нашу проблему. Известие об иммунитете батарейки к магии страшно его взволновало. Вывезти артефакт из министерства представляло огромную проблему, поскольку короткий путь наружу был магическим…
— Теперь придётся по подземельям везти, — расстроенно сказал он. — А дорога сильно непрямая и изобилует ловушками. Опасными ловушками.
— Сделаем ещё кому-нибудь Дублёра, и пусть волочёт! — предложила Пераспера. — Только нужно выбрать самого крепкого.
Все дружно посмотрели на папу.
— Я только за, — пожал он плечами. — Не всё же в кабинете сидеть!
— Я думаю, что Сириус предпочёл бы сам, — сказал я и добавил, имея в виду один из христианских мифов: — Это было бы очень символично.
Один из министерских домовых с хлопком доставил тележку, и я покатил её к Сириусу. Тот уже совсем расчистил проход, а на груди истукана гордо красовались три свежевырезанные буквы. Закатив тележку в нишу, я поставил её рядом с кристаллом, и Сириус с натугой водрузил его сверху. Я показал ему глазами на грудь деревянного солдата.
— А! — беззаботно махнул рукой Сириус. — Уж если мы всё равно по-русски говорим и пишем…
Папа уже колдовал у дальней стены, между заклинаниями периодически сверяясь с небольшой книжицей. Туда Бродяга и поволок свой груз. Наконец, после яркой фиолетовой вспышки довольно внушительный кусок стены исчез, открывая тёмный проход.
— Вот карта подземелий, — пояснил папа, подавая ему большой кусок пергамента. — Ближайшая точка выхода примерно в десяти километрах отсюда.
— А следующая? — оживился Сириус.
— Милый, я с тобой, — сказала Флёр, крепко к нему прижимаясь. — Куда же я без любимого мужа?!
— И куда же я? — в тон ей подхватила Белинда, прижимаясь с другой стороны.
— Хм… — пробормотал он, не решаясь возразить, по-видимому правильно оценив соотношение гипотетической опасности от неведомого артефакта неимоверной силы и реальной — от двух бесконечно обожающих его ангелов.
— С утра пораньше сделаем Дублёра, — разрешила его сомнения Богиня. — А пока идите… Что может быть романтичнее ночной прогулки в кромешной тьме подземелий, кишащих троллями?!
Если до этих её слов у Сириуса и были сомнения, то теперь их как ножом отрезало. Он выпятил грудь колесом, и издал глухой рык:
— Тролли пусть приходят, я их вот этими руками порву!
Флёр с Белиндой рассмеялись, как две первоклашки из Хогвартса. М-да, надо же, что с людьми любовь делает! Сириус толкнул тележку, свободной рукой прижимая к себе Флёр, а Белинда ухватилась за его локоть, и они втроём шагнули в тоннель, ведомые зажжённым кем-то Люмосом. Я помахал им вслед и побежал догонять родителей, а заодно продумывать план, как мне удалить Дэниела на достаточно долгий срок, чтобы успеть заставить Богиню в меня влюбиться. Мечты, мечты!..
За прошедшие шесть недель Дублёр Сириуса успел доставить артефакт на поверхность. В обстановке строжайшей секретности под покровом ночи помещённая в морской контейнер батарейка была погружена на грузовое судно и за четыре недели добралась до берегов Африки. Там на грузовике её отвезли в оазис в пустыне и спрятали в строении, укрытом Фиделиусом. Арка, выключенная и лишённая питания, теперь походила на обычный памятник архитектуры, пусть и немного причудливый, но тем не менее тихий и безобидный. За день до того, как распасться, Дублёр ощупал и обнюхал её со всех сторон и даже попробовал протиснуться в проём, поперёк которого и была натянута Вуаль. Однако, Вуаль действительно превратилась в тонкую несокрушимую плёнку, которая даже и не подумала прогнуться, когда он начал на неё давить, и не поддалась ни одному из известных заклинаний. Попытка включить Арку также ни к чему не привела — мы надёжно её обесточили. Это всё выглядело замечательно, но во мне кроме грусти никаких чувств не вызывало — я точно знал, что когда придёт час, Арка снова загудит, Вуаль всколыхнётся и проглотит Сириуса. Вопрос лишь в том, каким именно образом изобретательный и могущественный “мегамозг” обставит столь грубое возвращение событий на рельсы Сценария…
