И эта женщина, которая решила вдруг, что такое сложный высокотехнологичный артефакт способен перетасовать нас, как детали в конструкторе, смела называть меня тупым! Под тяжестью всего пережитого за последние несколько… — минут? мгновений? — мои ноги подогнулись, я упал на колени, а потом на четвереньки и засмеялся. Я гоготал, как косяк гусей, радостно покрывающих помётом парковку торговца новенькими автомобилями. Я ржал, как стадо диких мустангов, на которых решил поохотиться одинокий ковбой, и которые теперь весело тащили того за собой, привязанного за собственное лассо.
В мою истерику влился какой-то совершенно не гармонирующий с ней тонкий серебристый ручеёк. Я затих, а она продолжила смеяться. Подняв голову, я только и смог, что ошарашенно пробормотать:
— Беллатрикс?
Она затихла, почувствовав что-то неправильное в моём голосе.
— Алекс? — переспросила она. Я поднялся и разогнулся, на полголовы возвышаясь над ней. — Алекс?! — повторила она с благоговейным ужасом в голосе.
Поняв, что изменения затронули и меня, я быстро себя осмотрел. Вроде, все на месте, вот только Белла теперь казалась маленькой и хрупкой. То ли она ещё и уменьшилась, то ли я…
— Возмужа-ал! — восхищённо протянула она и зачарованно потянулась к моему бицепсу.
Я отступил назад, теперь уже внимательно осматривая Беллу. Она явно помолодела. Нет, она всё равно оставалась старухой далеко за сорок… Может, даже и не далеко, а всего лишь за сорок… Может, даже и до сорока не дотянула бы, но это всё равно не делало её молоденькой девицей… Глубокие морщины её безумия исчезли, глаза задорно блестели, фигура тоже немного подобралась, хотя и до этого была вполне ничего… Если я что-то понимаю в пожилых сумасшедших леди, мистер Лестрейндж бы сейчас за ней бегал с высунутым языком. Да и не только он.
— Слушай, да тебе сейчас на вид все двадцать два или двадцать три, — восторженно заметила она. — А я? Со мной что-то случилось?
— А ты настолько помолодела, что потеряла остатки разума, — ухмыльнулся я.
— Ой, правда? — воскликнула она, скинула с плеча рюкзак и начала в нём рыться. — Не ври мне так… Это жестоко! Зеркало, зеркало… Полцарства за зеркало! Да где же оно?!
Найдя, наконец, самый необходимый аксессуар путешественника — не называть же таковым тушь для ресниц или пудру для носика, в самом деле? — она уселась на колени и принялась себя придирчиво разглядывать, и её улыбка от этого становилась всё более довольной.
— Ну, положим, уж не на столько помолодела, — подвела она итог осмотру, — но результаты всё равно впечатляют! Так что скажи мне ещё что-нибудь, — потребовала она.
— Раз так, то могу сказать, что под ржавчиной уже можно местами видеть сияние той блесны, на которую так глупо попался несчастный Рудольфус, — подмигнул я ей.
— Я помню, что я давала Обет не причинять тебе вреда, — со скучающим видом произнесла она, — но мне кажется, что сейчас как раз такая ситуация, когда Круциатус тебе точно не повредит… — она взглянула мне в глаза, и её очи вспыхнули огнём, — дрянной мальчишка!
— Думаю, что повредит, — поспешно сказал я, на всякий случай отскакивая в сторону. — Не будем испытывать судьбу.
— Не будем, — кивнула она, снова вставая. — И чтобы окончательно отвлечься, приступим всё же теперь к нашим первоочередным и неотложным делам.
Она подняла с земли камень, палочкой с помощью какого-то неведомого мне заклинания нарисовала на нём кошачью мордочку и сердечко и бросила в Вуаль, которая легко этот камень проглотила.
— О, работает! — удивилась она, подняла рюкзак и шагнула вслед.
— Стоп, — скомандовал я, хватая её за локоть.
Она смерила меня взглядом, выразительно посмотрела на мою руку и снова взглянула мне в глаза.
— Ты мне что-то хочешь сказать? — ласково проворковала она. — Ты же понимаешь, что как раз в этот момент ты стоишь между мной и мучительной процедурой омоложения ещё лет этак…
Я чуть сознание не потерял от этого божественного голоса! Ноги-то точно стали ватными.
— По плану, Белла, — напомнил я ей. — Мы действуем по плану!
— По плану скучно, — надулась она, снова снимая рюкзак и усаживаясь прямо на травку перед Аркой. — Хочу снова стать молодой и красивой!
— Мы не знаем, куда это ведёт, — терпеливо произнёс я. — Может, вовсе не на Землю.
— А мы и так не на Земле, — пожала она плечами, достала расчёску, вручила мне зеркало, чтобы я держал перед ней, и стала наводить на себя дополнительную красоту — раз уж прежняя вдруг обнаружилась.
— Как — не на Земле? — не понял я.
— А где ты такое на Земле видел, — небрежно махнула она куда-то за моё плечо, при этом двумя пальчиками прихватывая зеркало за край.
Не зря, кстати — поскольку зеркало я бездарно выронил, едва только взглянул в том направлении.
