«Хм, с исторической справкой покончили. Осталось понять, к чему вообще весь огород городить было с секретностью и паролями-кодами. Всю эту информацию в сети найти можно за полчаса неспешного серфа… Лааааадно, отнесемся к этому как к процедуре выдачи аппаратуры спецвязи. В конце концов, когда патроны выдавали, ты тоже не одну бумажку подмахнул!, — лениво размышлял Матвей, в который раз за день разминая затекшую за день шею.- Так, с историей покончили, пора переходить ко дню нынешнему!»
Сегодня «на балансе» Ордена насчитывается более 200 учебных заведений по всему миру. Неплохо. Интересно, что на Руси, абитуриенты по специальностям богословие и духовность в качестве экзамена должны написать сочинение, а вот направления психология и духовность уде требует собеседования с преподавателем-психологом и директором учебного заведения… Что очень даже напоминает специальный отбор в институты военной коллегии и Охранки. Интересно…
Но малоинформативно!
«Ну, хотят ребятЫ тестировать своих учеников по-своему… — размышлял Матвей. — Да и пожалуйста! Хоть скополамином каждого обколите, коли претенденты согласны. Тем более, условий приема никто и не скрывает. Вот они, на вполне официальном сайте размещены. Надо искать в другом месте… А почему бы и нет?».
Решение, пришедшее в голову Воронцова, могло бы показаться глупым, если бы не несколько фактов:
— Интерес к иезуитам не секретен (в отличие от проекта «Просвещение», но он нем парень и сам пока ничего не знает).
— Идея настолько дурацкая, что может сработать!
— Его «источник» уже опутан рядом подписок, пусть и с грифами министерства обороны.
Итак…
— Кир, вечер добрый, — поприветствовал «откликнувшегося» со второго гудка штатного эрудита их компании Матвей. — Мне нужна твоя помощь. Я тут поступать дополнительно думаю. В иезуитский коллегиум. Порекомендуешь?
— Привет, — немного ошарашено от напора однокурсника пробормотал Бобров. — С твоими-то талантами в коллегиум… Кхм! Ну-ну!.. Эээээ… Дай мне секунду с мыслями собраться…
На «сборку» собеседнику понадобилось секунд 40. Звук слива туалетного бочка Матвей, как воспитанный человек, сделал вид, что не услышал.
— Не рекомендую, — наконец категорично разродился тот. — Сам планировал, но передумал.
Вот так поворот.
— А чего так? — непринужденно поинтересовался Матвей.
— Ну…
— Кир, очень надо, — чуть надавил парень. — Правда. Чего передумал?
Еще несколько секунд молчания, после чего однокурсник нехотя ответил:
— Вот как тебе объяснить? — начал он задумчиво. — Вроде и образование дополнительное дают хорошее, отзывы отличные, фамилии известные учатся, но вот есть такое слово «свербит»… В общем, решил я посмотреть чему и как там учат. Классы вроде красивые, оборудование хорошее, программа насыщенная и интересная. Да и связи опять же… Туда ведь не за знаниями в основном идут, а за знакомствами с теми самыми фамилиями. Для выпускников коллегиума слово братство и спустя годы не становится пустым звуком. Ты представляешь, я там с преподавателем пообщался, так домой чуть не на крыльях летел! Умнейший человек — мы с ним такой диспут устроили… А, не важно! Пришел я, в общем, домой, держу в руках листы анкеты для поступления, а тормозит что-то. Стал думать, вспоминать. Ощущение такое, что будто упустил какую-то деталь, словно мысль какая на крючок попалась, а подсечь не получается!
На какое-то время собеседник примолк. Матвей не торопил. Гарнитура не мешает, а чашка с чаем приятно обжигает руки. Чего ж еще, для благостного расположения духа пожелать?
— В общем, так я и не понял тогда, что меня насторожило. Стал копаться в открытых источниках. Знаешь, много интересного нашел! Ты, кстати, в курсе, что Пушкина хотели в коллегиум отдать? Уже и в карету посадили. Великий поэт так и написал в примечаниях к автобиографии: «Меня везут в П. Б. Езуиты. Тургенев. Лицей». Не окажись у его бати знакомого с Царскосельском лицее, еще неизвестно, каким бы вышел классик… Ладно, не о том! Решил я, не найдя достойной информации, обратиться к первоисточникам. Начал с «духовных упражнений», которые иезуиты рекомендуют послушникам, не говоря уже о тех, кто желает вступить в Орден. Я нашел их описания и методички. Это реально жесть! Полностью ломается психика и собственное я. Сейчас, подожди, найду…
В наушниках раздался стрекот клавиатуры, какой издается ловкими пальцами при скоростной печати.
Воронцов же, воспользовавшись паузой, подошел к окну, наблюдая за снежными хлопьями, стремящимися побить все рекорды по осадкам. Сделав большой глоток из так и не выпущенной из рук кружки, он мысленно протянул: «Лепотаааа!». На душе отчего-то стало легко и спокойно.
