— Но что? — нетерпеливо спросил Герти.
— Скорее всего, допрашивать его бесполезно, — вздохнул секретарь, — Он сам этого не знает.
Герти показалось, что если он немедленно не выйдет из Канцелярии и не наберёт полную грудь воздуха, то рухнет без чувств прямо на секретарскую кушетку. Какой-то фарс, сущее безумие…
— Так значит, Канцелярия бессильна? — спросил он недоверчиво.
— Боюсь, что формально это так. У нас нет возможности влиять на хозяев мистера Питерсона. А сам по себе он мало что значит. Он, в некотором роде, неподсуден…
— Как это может быть, раз он находится на острове? Я всегда полагал, юрисдикция Канцелярии распространяется на весь Новый Бангор!
— Даже в новой кровле есть крошечные дырки, — вздохнул мистер Шарпер, — И, боюсь, мистер Питерсон одна из них. Проще говоря, вся процессуальная мощь Канцелярии в этом случае бесполезна, понимаете ли…
— Не понимаю, — резко сказал Герти, поднимаясь, — Совершенно ничего не понимаю. Но не желаю весь остаток жизни уворачиваться от пуль! Поверьте, подобного удовольствия мне с лихвой хватает на службе! Дайте мне адрес этого мистера Питерсона! Я лично поговорю с ним, подсуден он или нет. Во внеслужебном, так сказать, порядке. Не станем впутывать ваше ведомство.
Мистер Шарпер удовлетворённо кивнул, точно именно такой реакции и ждал.
— Узнаю полковника Уизерса. Взять быка за рога! Собственноручно отправиться в жар битвы! Вы истинный британец!
Герти едва не зарделся от этой похвалы. Удивительно, в эту минуту он и ощущал себя так, как ощущал бы, наверно, настоящий полковник Уизерс, презрительно рассматривающий шеренги вражеской пехоты.
— Я дам вам адрес, — произнёс мистер Шарпер, приглаживая свои идеальные усы кончиком пальца, — Но с одним условием.
— Охотно выслушаю.
— С вами поедет мистер Беллигейл, мой заместитель.
Герти насторожился.
— В этом есть необходимость?
— Честно говоря, не думаю, что вам грозит опасность. Но будет лучше, если рядом с вами окажется надёжный человек. Кроме того, мистер Беллигейл имеет большой опыт общения с… подобного рода публикой. Это может быть полезным.
Герти не стал спорить. В обществе мистера Беллигейла он, как и прежде, чувствовал себя очень неуютно. Бесстрастный взгляд второго заместителя любого заставлял нервничать и чувствовать себя не в своей тарелке, а его манера держаться и безукоризненное самообладание часто скверно воздействовали на окружающих. Но отказываться от его общества Герти не собирался. Что бы ни представлял собой загадочный мистер Питерсон, наличие поддержки никогда не помешает. Быть может, речь идёт о секте любителей ванильных пирожных, которая готова отстаивать свои мрачные тайны, не считаясь с последствиями… В этом случае любая подмога будет уместна.
«Две крысы лучше, чем она крыса», — с мрачной усмешкой подумал Герти.
— Могу я идти? — осведомился он с достоинством.
Мистер Шарпер улыбнулся, его глаза на мгновение подёрнулись дымкой, совершенно скрывшей их притягательное и вместе с тем губительное изумрудное сияние.
— Удачи, полковник. Я распоряжусь на счёт транспорта.
Слову секретаря Канцелярии можно было доверять. Своё обещание на счёт транспорта он сдержал самым настоящим образом.
Когда получасом позже Герти вышел из здания, его уже ждал деловито пыхтящий локомобиль с мистером Беллигейлом за рулём. Новенький «Тревитик» не шёл ни в какое сравнение с разбитыми городскими парокэбами, стонущими на тысячу ладов и кашляющими паром из дюжин пробоин. Блестящий и чёрный, как концертный рояль, смазанный перед выступлением, он был создан для скорости и, вместе с тем, нёс в себе какую-то мрачную торжественность, свойственную всему тому, что состояло на службе при Канцелярии. Из высокой, непривычно изогнутой трубы вытекал тёмно-синий язычок дыма, отчего Герти сразу подумал о крематории.
— Экипаж подан, — мистер Беллигейл поднёс ладонь к полям шляпы, — Садитесь, полковник.
— Если вы не против, подождём моего референта. Он уже идёт.
Мистер Беллигейл некоторое время наблюдал за приближающимся Муаном.
— Не много ли официоза для частного визита? Вы, я, ваш референт… Это уже получится какое-то выездное заседание.
Герти натянуто улыбнулся.
— Привык к его обществу. Никогда не знаешь, когда понадобится помощь. Заточить карандаш или…
— Или сломать кому-то хребет, — улыбка мистера Беллигейла была столь остра, что её саму можно было использовать для заточки карандашей вместо бритвенного лезвия, — Надеюсь, он поместится на заднем сиденье.
Муан поместился, хоть «Тревитик» и издал жалобный скрип своими рессорами. Герти занял место по правую руку от водителя. Мистер Беллигейл тронул бронзовый рычаг, управляющий дросселем, увеличивая давление пара в котле. Спустя полминуты локомобиль двинулся с места и стал проворно набирать скорость. Расположенная позади машины массивная топка едва слышно шипела, лязгали под днищем какие-то шестерни, из трубы вырывался угольно-чёрный дым.
