Вполне вероятно, таинственный мистер Питерсон, настолько могущественный, что с ним не может совладать даже Канцелярия, принадлежит к какому-то тайному кругу людей, которые с первых же дней знали о его, Герти Уинтерблоссома, существовании, как и о том, в каком затруднении он оказался волей досадного случая. По какой-то причине эти тайные доброжелатели не выдали его крысиному ведомству, напротив – проявили великодушие, предупредив и снабдив деньгами… А когда он не воспользовался их любезным предложением, вознамерились хладнокровно расстрелять на улице. Отчаянно милые люди. Наверняка такие же безумцы, как и многие обитатели острова…
А может, всю эту игру с первого дня ведет Канцелярия?
Несмотря на жаркий день, Герти ощутил, как рубашка на спине пропитывается ледяным, как утренняя роса, потом. Краем глаза он осмелился взглянуть на мистера Беллигейла. Тот равнодушно вел локомобиль, почти не глядя по сторонам, строгий, собранный и аккуратный, как и прежде.
Быть может, никакого мистера Питерсона на самом деле и нет на свете?.. А ждет их не особняк в Олд-Доноване, а окраина города и густые заросли, окаймляющие загодя вырытую яму. Мистер Беллигейл попросту заглушит котел локомобиля и бесшумно достанет из-за пазухи свой огромный пистолет.
Гром и в самом деле прогремит этим днем, но только один раз. А в лондонской канцелярии мистера Пиддлза еще несколько лет будут вспоминать молодого Уинтерблоссома, откомандированного куда-то в полинезийские колонии, да так и пропавшего там без следа. Впрочем, вспоминать будут все реже и реже. Мало ли самоуверенных молодых джентльменов пропадает каждый год на фронтире цивилизации, в глухих и опасных уголках мира?..
Герти помотал головой, прогоняя подобные мысли.
Вздор. Слишком сложная игра даже для Канцелярии. Если бы мистер Шарпер заподозрил в Герти самозванца, все кончилось бы в первый же день. Его клерки хорошо умели задавать вопросы. Спустя час взаимосвязь между мистером Уинтерблоссомом и полковником Уизерсом перестала бы быть тайной. Какой смысл вести несколько месяцев столь запутанную и сложную игру?..
С другой стороны, кому известны правила игр, которые ведет Канцелярия? И есть ли вообще хоть какие-то правила, которым она подчиняется? Что, если сила, пытающаяся управлять этим безумным островом, безумна и слепа сама по себе?..
Герти едва не подчинился порыву на ходу открыть дверь машины. Даже дернулась сама собой рука. Локомобиль петлял улицами Олд-Донована, выложенными еще в те времена, когда воздух над островом не знал ни угольной копоти, ни бензинового смрада. Здешние дома строились в стиле, безнадежно устаревшем еще полвека назад, отдающем чем-то готическим, но со свойственным всем старомодным вещам шармом. Каждый дом походил на миниатюрный замок, а то и собор. Герти же все эти шеренги тяжеловесных, гротескных, с выпирающими контрфорсами и аркбутанами[46] домов казались собранием изможденных и болезненных аристократов, и впечатление это усиливалось отслоившейся краской, порыжевшими от ржавчины водопроводными трубами и много лет не знавшими ремонта фасадами.
– Когда-то здесь был центр Нового Бангора. – Кажется, мистер Беллигейл впервые за всю поездку разомкнул губы по собственной инициативе. – Эти здания строились еще при Георге Третьем, сто пятьдесят лет назад. Но жизнь взяла свое. Административный центр постепенно естественным образом переместился в Майринк. Олд-Донован заглох, превратившись в пристанище для стариков и отшельников благородного происхождения. Здесь обыкновенно селятся люди, чурающиеся городского шума.
– Должно быть, не всякому отшельнику по карману такие дома, – пробормотал Герти, разглядывая каменные громады, норовившие затмить Мальборо-хаус или Касл-Ховард. – Ваш мистер Питерсон, что, какой-нибудь негоциант?
– Он не жалуется на финансовые сложности, – спокойно ответил мистер Беллигейл. – И на то есть причины.
– Понимаю. А ночные прогулки с револьвером, стало быть, его хобби, – саркастично заметил Герти. – Не могу осуждать мистера Питерсона, жизнь в Олд-Доноване, по-видимому, и впрямь чрезмерно скучна…
С шипением выпустив струю пара, локомобиль мягко остановился. От неожиданности Герти едва не выпрыгнул со своего сиденья.
– В чем дело? – воскликнул он нервно. – Почему остановились?
– Мы на месте, – лаконично ответил мистер Беллигейл.
