— Чтобы я безоговорочно тебе доверял.
Хамрай усмехнулся:
— Ему понадобилось погибнуть, чтобы понять это.
— Ты убил Фоора? — в лоб спросил Мекор.
И Хамрай, глядя ему в глаза, ответил:
— Да. Я этого не желал. Фоор все равно был обречен. Скажу тебе даже больше, чем следовало бы говорить. Но ты ведь задал мне свой вопрос, чтобы удостовериться, можно ли мне доверять во всем?
Мекор кивнул.
— Незадолго до поединка с Фоором… Случайного поединка, я не ожидал встретить его в этом коридоре… В Рэдвэлле… тоже случайно… я услышал разговор неких четырех, тогда еще хэккеров, о том, что Фоора пора смещать. Некоторые голоса были мне знакомы, — Хамрай, в свою очередь, пристально посмотрел на алголианина.
— Я участвовал в том разговоре, — честно сказал Мекор.
— Знаешь, — улыбнулся Хамрай, — я иногда действительно думаю, что все, что не происходит, — к лучшему. Я не верю в Судьбу, я беседовал с парками… Будущее нельзя предсказать, его можно лишь напророчить. Но что есть пророчество, как не создание будущего? Я не жалею, что убил Фоора. Иначе ваш Орден не прошел бы через раскол, через сомнения и кровь — Фоор железной рукой довел бы его до сегодняшнего дня… Но был бы ваш орден столь целеустремлен и един как сейчас, когда это так необходимо? Если уж тогда шли разговоры и возникали сомнения в самом узком кругу приближенных…
— Да, ты прав. Наверное, все, что произошло с Орденом, пошло ему на благо. Мы готовы к Армагеддону.
— Я устал, Мекор, — признался Хамрай. — Сегодня еще много дел, а завтра с утра предстоит трястись в седле в Рэдвэлл.
О своем намерении навестить сегодня шаха Балсара, он сообщать не стал.
— Не проще ли воспользоваться этим коридором? — удивился Мекор.
— Магу Хамраю — проще. Барону Ансеису — нет. Я поеду со свитой…
— Да, мне тоже пора идти, распорядиться на завтра. В тевтонском каталоге для вас будут приготовлены лошади и все необходимое, что может понадобиться для путешествия к Моонлав. Я подумал сейчас об одной вещи.
— Какой?
— Если вдруг ваша миссия завершится успехом и Моонлав встанет на сторону Алвисида, то неплохо было бы соорудить выход в этот коридор и у нее…
— Действительно, — согласился Хамрай. — Я об этом не подумал. Ты прав… Даже скажу больше — имеет смысл сопровождать Радхаура в последнем путешествии и время от времени ставить выходы — чтобы вернуться с сердцем Алвисида как можно быстрее. В конце концов, лишние выходы всегда можно уничтожить…
— Ты знаешь как? — быстро спросил Мекор.
Хамрай расхохотался.
— Честно говоря — нет. Я просто никогда не думал об этом. Но ничего невозможного нет.
— Кроме снятия заклятья Алвисида.
— Ты знаешь, оно меня вот уже пятнадцатый год совершенно не беспокоит… Кстати, тогда я тебе тоже задам прямой вопрос…
— Задавай.
— У меня сложилось впечатление, что, воспользовавшись нашей магической силой, Алвисид мог возродить невесту Радхаура не на один час, а навсегда.
— Мог, — согласился Мекор.
— Ты тоже думаешь, что Радхаур отступится от цели, едва лично ему это будет не нужно?
— Я не вправе обсуждать и даже размышлять о том, что думает сын Алгола, — сухо ответил Мекор. — До завтра.
— Постой, — удержал его Хамрай. — Ты сказал, «ваша миссия»к Моонлав. То есть ты не собираешься с нами?
— У меня много дел и без того. Я поступлю так, как сочтет нужным Алвисид, — ответил Мекор. И добавил, словно ставил точку в разговоре:
— Сэйв, сэйв, сэйв, энтер!
Верховный координатор алголиан развернулся, подошел к своему выходу, и через несколько мгновений Хамрай остался в коридоре совершенно один. И вдруг почувствовал, что смертельно голоден. И никак не мог вспомнить, ужинал он вчера или нет, — со всеми хлопотами и подготовкой к сегодняшнему дню, он совершено забыл о подобных пустяках…
