Ibid. Р. 220;
См.:
См.: Зимняя война. Кн. 2.
The Diary of G. Dimitrof. P. 124.
См.: Jakobson M. Op. cit. P.; Engle E., Paananen L. Op. cit.
Гриф секретности снят: Потери Вооруженных Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Материалы исследования. М., 1993. С. 125; См. также: Зимняя война. Кн. 1. С. 324.
Зимняя война. Кн. 1. С. 325;
См.:
О действиях представителей Франции и Англии, их сильном нажиме на Хельсинки и Стокгольм см.:
Там же. С. 512.
ДВП. Т. XXII. Кн. 1. С. 140- 144.
"Смена вех" в теории, идеологии и пропаганде. Первые признаки отрезвления
олный драматизма и сложных переплетений период с
конца августа 1939 до июня 1941 г. сопровождался существенными изменениями в теоретических построениях и в идеологическом обосновании советской внешней политики. Общая тенденция к сближению с Германией, наблюдавшаяся еще с весны —лета 1939 г., до начала сентября почти не отразилась на направленности советской пропаганды и на объяснении мирового развития и международных отношений.
По-прежнему основным постулатом советских оценок было осуждение фашизма, который рассматривался как главная опасность для мира и для построения социализма в Советском Союзе. Общие оценки немецкого фашизма как порождения монополистической буржуазии и ударной силы международного империализма, как главного врага трудящихся, закрепленные во многих документах партии большевиков и в решениях Коминтерна, сохраняли свою силу и направленность.
Одновременно, хотя порой и с несколько меньшим нажимом, шла критика и так называемых демократических режимов, прежде всего Англии и Франции, которые рассматривались такими же противниками рабочего класса всего мира. В условиях проходивших летом 1939 г. политических и военных переговоров между представителями Советского Союза, Англии и Франции накал пропагандистских выступлений против этих стран был несколько снижен, но, подчеркнем это с особой силой, общие оценки империализма, его агрессивной антинародной сущности и необходимость борьбы с ним по всем направлениям оставались основополагающими линиями советской теоретической мысли и идеологии. Они вытекали из идей мировой революции, проводились после 1917 г. и были снова провозглашены в начале 30-х годов, после прихода нацистов к власти в Германии и неоднократно подтверждались в решениях партийных съездов, в выступлениях Сталина и других руководителей партии и страны.
8*
Важным постулатом советской внешнеполитической теории и пропаганды была идея об СССР как "осажденной крепо-
227
сти", существовавшей во враждебном капиталистическом окружении. И при всех изменениях в конкретной внешней политике, в оценке тех или иных буржуазных партий и их лидеров эти общие линии сохранились. Характеристика империализма в целом, резкое осуждение фашизма, жесткая критика англофранцузского капитализма, особенно усилившаяся после Мюнхенского соглашения, составляли основное содержание всей советской идеологии. И "История ВКП(б). Краткий курс" и другие произведения теоретической и идеологической мысли, вся пропаганда и агитация, учебники и пособия для средней и высшей школы были пронизаны призывами борьбы с империализмом и фашизмом.
На судебных процессах 30-х годов главным обоснованием массовых репрессий всегда была связь "обвиняемых" с международной буржуазией, их агентурная деятельность в пользу тех или иных капиталистических стран.
Для многих тысяч людей, работавших в идеологических учреждениях, да и для миллионов простых граждан теоретические постулаты, базировавшиеся на основах идеологии марксизма-ленинизма, особенностях мирового развития и характеристике фашизма, казались незыблемыми, выражавшими суть советской теории и идеологии.
Известно также, что острым разоблачениям постоянно подвергалась и международная социал-демократия, объявленная главным врагом коммунистических партий и проводником буржуазных идей в рядах рабочего класса. Однако после некоторой переоценки событий, связанных с приходом фашизма к власти в Германии, VII конгресс Коминтерна, в соответствии с решениями Политбюро ЦК ВКП(б) несколько сместив акценты в критике социал-демократии и левых, выдвинул идею Народного фронта. Имелось в виду, что это станет средством объединения более широких сил в борьбе против угрозы фашизма.
