Переворот в Югославии вызвал раздражение в Берлине. Ее новые руководители обратили значительное внимание на Москву, рассчитывая на ее помощь и поддержку. В то же время они сразу же подтвердили решение прежнего руководства о присоединении к тройственному пакту и вообще стремились всячески успокоить немцев и заверить их в своей лояльности. Но Гитлер мало верил в это и немедленно дал приказ готовиться к вторжению в Югославию.
Началась короткая, но полная драматизма история с подписанием советско-югославского договора. Она описана в ряде исторических трудов с деталями и подробностями, поэтому мы выделим лишь несколько моментов37.
Идея подписать договор с Советским Союзом родилась в Белграде и была сразу же поддержана в Москве. Югославы рассчитывали, что этим актом они в какой-то мере обезопасят себя от вторжения немецких войск или во всяком случае Гитлер будет действовать более осторожно. Москва, закрепив отношения с Югославией, стремилась восстановить в какой-то мере свои пошатнувшиеся позиции на Балканах, став снова действующим игроком на балканской сцене, продемонстрировав Берлину свою самостоятельную роль на Балканах.
Проект договора о дружбе и союзе был быстро согласован при активном участии известного югославского дипломата, посла в Москве Гавриловича, горячего сторонника соглашения с СССР. Ключевым пунктом подготовленного текста договора было обязательство сторон оказывать помощь друг другу в случае нападения третьей стороны. Составной частью договора должна была стать и конвенция, определявшая порядок возможного военного сотрудничества.
Когда казалось, что все готово к подписанию, неожиданно в Москве решили заменить предлагаемый пакХг назвав его договором о дружбе и ненападении, убрав слово "союз", что отличалось от первоначальных предложений югославов. Они согласились и заявили, что готовы немедленно подписать договор. Все это происходило 4 апреля 1941 г.
На решение Москвы, несомненно, подействовало предупреждение Германии, сделанное в тот же день Шуленбургом в беседе с Молотовым. Немецкий посол заявил, что сейчас "не время для подписания договора между СССР и Югославией ввиду острой ситуации в германо-югославских отношениях". Молотов, однако, твердо заявил: "Советское правительство обдумало свой шаг и приняло окончательное решение"38.
Но из-за немецкого демарша в Москве решили еще раз модифицировать текст договора, включив формулировку о "нейтралитете" вместо обязательств о поддержке. Гаврилович реагировал на это очень болезненно и упрашивал Москву не менять формулировку. В Москве вроде бы стояли на своем, но буквально в самый последний момент в присутствии Сталина и других советских руководителей Молотов объявил о согласии убрать слова о нейтралитете. Теперь текст звучал так: в случае нападения на одну из сторон "соблюдается политика дружественных отношений".
В исторической литературе существует несколько версий о причинах перемен в советской позиции, о неуступчивости югославов. Но ясно одно — донесения в Москву свидетельствовали о том, что Германия готовится к нападению на Югославию39.
Видимо, Сталин все же надеялся, что самим фактом подписания договора Москва поставит Германию в неудобное положение и, может быть, заставит отложить нападение, т.е. дать югославам время для лучшей подготовки к отпору. Кроме того, Москва все же хотела показать Берлину, что она играет самостоятельную роль и не может просто так проглатывать немецкие акции, не учитывающие советские интересы.
4 апреля Вышинский сказал Криппсу, что СССР не только не возражает, но даже рекомендует югославам заключить соглашение с Великобританией40. Кажется, в Москве были готовы согласиться и на использование Британии в противодействии Германии на Балканах, к чему англичане уже не раз призывали.
Итак, 5 апреля в Кремле был подписан советско-югославский 11 Договор о дружбе и ненападении между СССР и Югославией", в котором говорилось о политике дружественных отношений к стороне, подвергшейся нападению со стороны третьего государства"41. А 6 апреля утром в советском генштабе военные представители обеих сторон договорились о вооружениях и боевой технике, предоставляемой Советским Союзом Югославии.
Но сам договор и планы военного сотрудничества были перечеркнуты уже через несколько часов, когда германские войска вторглись в Югославию. Вскоре к ним присоединились итальянцы. Через 10 дней югославская армия капитулировала.
6 апреля Шуленбург по поручению Риббентропа уведомил Молотова о военных действиях Германии против Югославии и Греции. При этом он не упомянул о только что подписанном советско-югославском договоре, делая вид, что его не существует. Да и сам Молотов также не решился ни одним словом упомянуть договор.
Итак Германия захватила большую часть Балкан, исключив Советский Союз от какого-либо влияния в этом регионе, и получила плацдарм для будущей войны против Советского Союза.
* * *
