Имеющиеся данные убедительно свидетельствуют о том, что рост инвестиций в образование сыграл центральную роль в особенно резком росте неравенства доходов в США с 1980-х годов. В 1950-х и 1960-х годах Соединенные Штаты были первой страной, добившейся практически всеобщего среднего образования. В 1980-х и 1990-х годах их догнали Япония и большинство стран Западной Европы. Сейчас все эти страны вступили в эпоху массового высшего образования, когда все большая часть каждой новой возрастной когорты посещает колледж или университет. В середине 2010-х годов уровень высшего образования (определяемый как процент молодых взрослых в возрасте 18-21 года, зачисленных в высшее учебное заведение) составлял 50 и более процентов в США и всех странах Западной Европы и приближался к 60-70 процентам в Японии и Корее. Образовательный и символический порядок был перевернут с ног на голову. В прошлом высшее образование было привилегией небольшой части населения: менее 1 процента на рубеже двадцатого века и менее 10 процентов до 1960-х годов. В богатых странах большинство молодого поколения сейчас заканчивает колледж, а в конечном итоге и большинство всего населения. Этот процесс идет полным ходом: учитывая скорость смены поколений, мы видим, что доля взрослого населения с высшим образованием, которая в настоящее время составляет 30-40% в США и в наиболее развитых европейских и азиатских странах, через несколько десятилетий вырастет до 50-60%.
Этот переворот в образовании является источником новых видов неравенства, как между странами, так и внутри них. В 1980-х годах Соединенные Штаты утратили свое лидерство в области образования. Многие исследования показали, как замедление инвестиций в образование в США способствовало росту неравенства в доходах, связанных с образованием, в 1980-х и 1990-х годах. Отметим также, что финансирование начального и среднего образования, хотя и является в значительной степени государственным (как и в большинстве развитых стран), в США крайне децентрализовано. Оно в основном зависит от местных налогов на недвижимость, что может привести к значительному неравенству в зависимости от богатства общины. По сравнению с европейскими и азиатскими странами, где финансирование начального и среднего образования обычно централизовано на национальном уровне, среднее образование в США поэтому несколько менее универсально, чем в других странах. Почти все заканчивают среднюю школу, но различия в качестве и финансовых ресурсах разных средних школ довольно велики.
Более того, недавние исследования показали, что доступ к высшему образованию в США в значительной степени определяется доходом родителей. Если говорить более конкретно, то вероятность обучения в университете в середине 2010-х годов составляла 20-30% для детей самых бедных родителей и почти линейно возрастала до 90% для детей самых богатых родителей (см. рис. I.8). Аналогичные данные по другим странам, хотя и весьма неполные (что само по себе проблематично), свидетельствуют о том, что наклон кривой менее крутой. Кроме того, исследования, сравнивающие относительные доходы родителей и детей, показывают особенно крутую кривую (следовательно, очень низкий уровень межпоколенческой мобильности) в США по сравнению с Европой, особенно со странами Северной Европы. Отметим также, что в последние десятилетия в США резко возросла корреляция между положением родителей в иерархии доходов и детей. Это значительное снижение социальной мобильности, которое так вопиюще контрастирует с гипотетическими разговорами о "меритократии" и равенстве возможностей, свидетельствует о крайней стратификации американской образовательной и социальной системы. Оно также демонстрирует важность подвергать политико-идеологическую риторику систематической эмпирической оценке, что имеющиеся источники не всегда позволяют нам сделать с достаточной сравнительно-исторической перспективой.
Тот факт, что доступ к высшему образованию в США сильно связан с доходом родителей, можно объяснить по-разному. Отчасти это отражает уже существующее расслоение: поскольку начальное и среднее образование уже крайне неэгалитарно, дети из скромных семей с меньшей вероятностью смогут удовлетворить требования к поступлению в университеты с высоким отбором. Это также отражает стоимость частного образования, которая в последние десятилетия в США достигла астрономических высот. В более широком смысле, если во всех развитых странах начальное и среднее образование оплачивается почти исключительно из государственных средств, то в финансировании высшего образования различий гораздо больше. Частное финансирование оплачивает 60-70% стоимости образования в США и почти 60% в Великобритании, Канаде и Австралии, в то время как во Франции, Италии и Испании, где плата за обучение в целом ниже, чем в США и Великобритании, составляет в среднем 30%, а в Германии, Австрии, Швеции, Дании и Норвегии, где высшее образование в принципе практически бесплатное, как и начальное и среднее образование, - менее 10% (рис. 11.11).
