Естественно возникает вопрос: стоила ли данная проблема затраченных усилий? В конце концов, столь ли важно, из каких источников получает капиталист свои «жизненные средства», коль скоро они составляют совсем незначительную часть того, что он себе присваивает как капиталист, и что как раз и делает его капиталистом? Но по тому, как Маркс неоднократно и в различной связи возвращался к данному вопросу, видно, что он его беспокоил в теоретическом отношении. А теоретические проблемы должны рассматриваться и тогда, когда внешне создается впечатление их практической маловажности. Раньше или позже теоретическая нечеткость приведет к путанице в практических выводах.
Любая, даже самая незначительная и политически оправданная теоретическая уступка раньше или позже приводит к логическим несоответствиям. При дальнейшем разделении труда самого капиталиста отдельно выделяется труд управляющего (организатора производства), инженера (технического руководителя), других специалистов, выполняющих вспомогательные, но необходимые функции. Но при дальнейшем углублении этого разделения труда капиталист точно так же эксплуатирует клерков и инженеров, как и рабочих (хотя они остаются в известном смысле его помощниками в эксплуатации труда рабочих). Это обстоятельство, а также расширение данных функций с расширением и усложнением производства, прекрасно показывают, что оплата труда данных работников осуществляется именно а рамках авансируемого переменного капитала, а вовсе не из прибавочной стоимости. И это очень важно для исследования функций самой прибавочной стоимости, в том числе и того, каким образом она разделяется капиталистом на различные цели.
Мы столь подробно разбирали этот, казалось бы не слишком и существенный, вопрос потому, что иначе гораздо более важный вопрос о подразделениях прибавочной стоимости решить невозможно – будет продолжать путаться под ногами потребление капиталистом «жизненных благ». И только перенеся стоимость этих последних туда, куда они на самом деле и относятся – в переменный капитал, мы можем решить упомянутую проблему и понять не только происхождение прибавочной стоимости (столь блестяще изученное Марксом), но и назначение прибавочного продукта (в том числе не только при капиталистическом способе производства).
Кроме того, этот вопрос все больше приобретает и практическое значение. По мере отмеченного выше роста количества и значения в общественном производстве управленческой прослойки, принимающей на себя былые функции капиталиста по управлению производством, все настоятельнее возникает вопрос о ее социальной сущности. И уж, конечно, при рассмотрении этого вопроса не может не приниматься во внимание источник их существования. Их многочисленность, различная роль в управлении, то обстоятельство, что они нередко также являются объектами эксплуатации, давно уже исключили из рассмотрения в качестве такого источника прибыль, которой якобы делится с ними капиталист. Тогда остается только фонд зарплаты (переменный капитал). Но если считать, что капиталист свои «жизненные средства» получает из прибыли (прибавочной стоимости), а управленцы, как и рабочие из зарплаты (переменного капитала), то сам собой напрашивается сомнительный вывод, что управленцы (специалисты) только разновидность пролетариата (современного), и так же, как и он, противостоят капиталисту.
Именно это представление (что капиталист для своих «жизненных нужд» пользуется прибылью, а управляющие и технические специалисты оплачиваются из того же фонда оплаты, что и рабочие) и послужило основой для появления разнообразных теорий о «наемном труде», согласно которым менеджер любого ранга, точно так же, как последний батрак, является будто бы всего лишь наемным работником, а следовательно, в известном смысле ближе к батраку, чем к капиталисту, и в этом же смысле имеет с ним более общие интересы, чем с капиталистом, составляя таким образом некий «класс наемных работников». И этот «класс» «охватывает ныне миллиарды людей – от батраков Мексики до менеджеров транснациональных корпораций»65. Это же представление, но уже в опосредствованном виде, послужило основой для множества всяческих измышлений о роли государственных «управленцев» («бюрократии») как при капитализме, так и при социализме.
