На Григория Степановича Бубенцова произошедшие события произвели неизгладимое впечатление. Григорий Степанович основательно и серьезно впал в запой. Вплоть до белой горячки — ловил чертиков на своем рабочем столе и прятался в подсобку от убийц, причем, все это произошло настолько быстро, что кое-кто считал этот запой симуляцией. Сокрушенные домочадцы отправили его на лечение, впрочем, не в ЛТП, но в приличную клинику, в отдельную палату с хорошим обращением, благо, финансы позволяли. Однако исполнять обязанности директора Григорий Степанович в таком состоянии не мог. Было решено, что сразу после выхода с больничного, Григорий Степанович пишет заявление об уходе. По состоянию здоровья. Этот вариант хоть и был совершенно предсказуемым, но все же напрягал нас — на горизонте маячила совершенно неизвестная фигура нового директора завода. И как с ним сложатся отношения, тоже никто не знал… Тем более, что на назначение мог повлиять и обком, с которым у нас тоже было не все гладко.
Новому директору нас представил зам Григория Степановича, который на время междувластия исполнял его обязанности. Судьбоносная встреча прошла в кафе «Мороженное».
— Чего это за деятель? — спросил меня Валерик, когда мы ехали на встречу.
— А кстати, комсомолец! — засмеялся я.
— Да ладно! — Валерик не мог скрыть своего разочарования. — Да неужели опять комсомолец? Мало нам было банка⁈
— Все не можешь Сашу Орловского забыть? — подколол я компаньона. — Где он сейчас, кстати, интересно было бы узнать…
— Да какая разница⁈ Столько проблем из-за него вылезло! И вот опять комсомолец! — негодовал Валерик. — Откуда?
— Вроде бы, наш, местный. Из горкома комсомола какой-то деятель. Сейчас познакомимся.
Валерик шепотом матерился. Новый директор уже заранее ему не нравился…
Впрочем, будущий директор оказался парнем коммуникабельным, дружелюбным и улыбчивым. Во всяком случае, такое первое впечатление он на меня произвел.
— Никита Сергеевич! — представился он и тут же добавил: — Да, в честь Хрущева. Отец в нем души не чаял. А фамилия моя Шубин. Но для товарищей можно просто Никита.
— Назначение Никиты Сергеевича это практически свершившийся факт, — объявил нам заместитль директора. — Рекомендации у него отличные, на уровне министерства все согласованно, так что…
— Поздравляю, — кивнул я.
— Пока еще не с чем, — рассмеялся Шубин. — Вот когда официально вступлю… К слову, с тяжелым сердцем вступаю в эту должность… — Будущий директор вздохнул.
— Отчего же? — спросил я.
— Да наслышан я о делах на водочном, — покачал головой Шубин. — Там у вас просто Чикаго какое-то. Машины горят, людей в багажниках возят. А кое-кого и вовсе… Просто староват я уже для комсомольской работы. А тут такое предложение. Вот я сдуру и согласился, а когда узнал, что к чему…
— Я, ребята, пойду, наверное… — встревоженно сказал заместитель директора, который не любил подобных разговоров. — Вы уж теперь сами до всего договоритесь.
Зам был милостиво отпущен восвояси, и разговор продолжился.
— Ну а как ты хотел? — спросил будущего директора Серега. — Бабки на заводе большие крутятся. Продукция левая цистернами мимо кассы. Желающих поживиться много, вот мы и отбиваемся помаленьку.
— Помаленьку… — покачал головой Шубин. — Вы же кооператив «Астра», верно? Я о вас слышал кое-что.
— Надеюсь, только хорошее, — спросил я вкрадчиво.
— Разное, — уклончиво ответил Шубин. — Расскажите, какой у вас интерес на заводе.
— А чего, тебе разве исполняющий обязанности не рассказал? — спросил Валерик.
Шубин развел руками.
— Только в самых общих чертах. Он вообще какой-то очень робкий. А мне бы хотелось из первых рук.
— Ничего сложного, — сказал я. — Завод же водочный? Водочный. Вот нас и интересует водка. Мы привозим зерно, на заводском оборудовании делается водка. Мы ее забираем. Собственно, все.
— Да-а… Несложно, — согласился Никита Сергеевич. — А сколько водки?
— Немного, — улыбнулся я. — Всего полторы тысячи бутылок. Семьсот пятьдесят литров, если угодно.
— В месяц? — уточнил Шубин.
— В день, — снова улыбнулся я. — Капля в море.
— Полторы тысячи бутылок… — сказал Шубин задумчиво. — Это в месяц выходит сорок пять тысяч штук? Даже по десять рублей…
— Я же говорю, капля в море, — сказал я уже с некоторым раздражением в голосе. — Или вы считаете иначе?
— В общем-то, мне рекомендовали с вами сотрудничать… — Шубин поправил съехавший на сторону галстук. — Ответственные товарищи рекомендовали. Вы ведь обеспечиваете безопасность, так?
— Именно, — подтвердил Серега. — Мы и наши партнеры. Смежники, так сказать.
Шубин внимательно посмотрел на меня.
— И про ваших смежников я слышал. В общем, будем работать.
— Будем работать, — кивнул я.
Мы подняли стаканы с молочными коктейлями, и я сказал тост за будущее сотрудничество.
— Только у меня просьба, — сказал Шубин, — чтобы ваш человек постоянно на заводе присутствовал. На случай… сами понимаете.
— Внештатных ситуаций, — подсказал Серега.
— Совершенно верно. На этот самый случай. Чтобы было к кому оперативно обратиться.
