Что ж, картинка того стоило. Пространство натужно трещало, цветными волнами рисуя на экране кривые гравитационной напряженности. Цифры на максимумах сменяли друг друга, добавляя творившейся вакханалии драматизма.
Он рождался в муках… Это было как раз о нашем создании, которого вроде как пытался исторгнуть из себя прокол.
— Капитан, четвертый! — почти шепотом выдал Юл.
Неужели и он сомневался?!
— Выхожу на двенадцать и шесть, — словно ничего и не происходило, произнесла я. И не важно, что это был уровень ардона!
— Капитан, дорги меняют позицию…
— Вижу, — кивнула я Антону. — Тарас, держать курс. Дальнир…
— Актуальный расчет погружения в системе, — тут же «успокоил» он меня.
— Принято. Закрываю контур…
— Демоны тебя задери! — заорал Костас, закончив расчет по данным, которые мы получали с дальних. — Тринадцать и один!
— Твари!
Я была полностью согласна с ангелом, но пока что нам это ничем помочь не могло.
— Переход в интраксорный режим, — изменила я параметры настройки снэгов. Возмущение, которое те выдали, было достаточным, чтобы напугать четверку. — Костас, опорный луч. Десятая позиция!
— Принято, капитан, — с благоговением отозвался он. И добавил, словно выплюнул: — Твари!
И с этим я спорить не собиралась…
— Я готова, капитан, — как-то безжизненно произнесла Рэя. Она так и продолжала стоять в двух шагах от моего пилот-ложемента.
— Ждем вызова, — коротко бросила я. Сканеры домонов должны были взять опорный луч, на отклике которого строился анализ сферы, декодировать его, выйдя на диапазон, работы приемо-передающих систем.
Это если все, как я думала, а если нет…
Атаковать? Четыре дорга против чего-то под мощной защитой и сравнимого по масс-гравитационному возмущению с ардоном? Оставалось только посмеяться. То ли над ними, то ли… над нами. Если кто и был способен на подобное безрассудство, так только мой экипаж.
Уйти? Не самый худший вариант. И для них, и для нас. Как ни убеждай себя, но к этой встрече мы оказались не готовы.
Был еще один… на который рассчитывала я.
— Капитан, на дальних нечеткий интраксорный след. Опознаванию не подлежит.
Улыбнуться бы… Самым тяжелым оказалось придумать то, чего не существовало, но Юл справился и с этой задачей.
Но все равно не верилось, до этого самого мгновения.
— Та-ши, — с придыханием протянул Костас, обрывая мои сомнения — есть вызов на десятой позиции…
— Принято! — развернула я ложемент к Антону. — Одно слово, но так, чтобы даже я тебе поверила.
Тот ухмыльнулся… плотоядно. Ему — шло.
— Ну, вот и хорошо, — кивнула я, ловя себя на том, что и сама была бы не прочь оказаться на его месте… Мне это еще предстояло. — Рэя!
— Начинаю, — все так же отстраненно отозвалась она. — Накладываю послойно… Первый уровень…
Реальность снесло, словно порывом ветра… Темно, пусто, тихо… И страшно… до леденящего холода в душе!
Небытие, в котором не билось даже собственное сердце…
— Второй! — донеслось откуда-то изнутри самой себя.
Чернота раздвинулась, запустив нестерпимо яркий свет, который, сгущаясь, вырисовал дымчатые переборки, далеко уйдя за границы командного «Дальнира».
Вдоль большого экрана, занимающего всю переднюю часть рубки, дугой вытянулся рабочий терминал. Несколько прозрачных шаров повисли над ним, привлекая взгляд россыпью искр, скользящих по их внутренней поверхности.
— Третий уровень, — вновь выдохнула невидимая Рэя.
Гул пронесся над залом, въелся в картинку, став ее частью; операторское кресло, замеченное мною только теперь, с тихим шелестом сдвинулось к центру. Развернулось к консоли, на дисплеях которой высвечивались непривычные глазу символы.
Антон… шевельнулся, словно разминая затекшие плечи, наклонился, протянув затянутую в темно-синий комбинезон руку к чуть заметному сиянию над панелью…
— Четвертый…
Ощущение жизни ударило волной, наполняя запахом, легким напряжением, разлитым вокруг. Недовольством, которое буквально окутывало фигуру леора, тоской и… обреченностью.
— Вызов, — приказа я Дальниру, на этот раз не забыв, о чем предупреждала Рэя. Из всех нас только ИР сумеет отделить одно от другого.
— Здесь — дорг «Шиар», — четко и жестко разнеслось в синхронном переводе Дальнира. — Вы находитесь в секторе, который контролируется оорой ашкера Сдильмы. Сообщите ваши позывные и сбросьте защиту…
— Дальнир, готовность к экстренному погружению, — бросила я, разрываясь между тем, что видела, чувствовала, осязала и пониманием, что ничего этого не существует. Не самое приятно ощущение…
— Принято, капитан, — отозвался тот. — Расчет введен, готовность…
Экран вспыхнул, утопив в картинке чужого командного незнакомые символы. Сидевший с той стороны капитан, окинул быстрым взглядом творение Рэи и… замер, с каким-то священным ужасом глядя на Антона.
Сумароков не подкачал. Ноздри раздулись, обнажились клыки, в глазах… в его глазах был вселенский холод, сквозь который проступало предвкушение.
Придвинувшись вперед и протяжно втянув воздух, Сумароков утробно протянул:
— Цхаай!
Среди языковых форм, которые обнаружил Хранитель в архивах своей памяти, эта означала качественную ментальную пищу.
