Он еще не успел закончить фразу, а Стюарт Мензис уже решительно покачал головой.
— Ни малейшей, премьер-министр, — ответил он четко и уверенно, и в углах его губ даже мелькнула улыбка. — Это совершенно невозможно.
Острый нос несущегося полным ходом «Пингаррона» с легкостью разрезал поверхность воды. По морю пробегали первые суматошные барашки, неся на гребешках волн кучерявую белую пену, сверкающую под лунным светом. Алекс прикинул, что ветер с кормы за последний час увеличил их скорость на два или три узла. Вытирая соленые брызги рукавом штормовки, он подумал, что, возможно, они идут прямиком в глаз шторма.
Райли пробежал по палубе и, перепрыгивая через две ступеньки, поднялся по трапу и вошел в кают-компанию. С промокшими насквозь волосами он наклонился над навигационной картой марокканского побережья, Канарских островов и острова Мадейра, выпущенной британским Адмиралтейством. Алекс достал блокнот с координатами, измеренными секстантом, и нанес их на карту. Сравнив новые координаты с прежними, нанесенными пару часов назад, он злобно стукнул кулаком по столу и разразился бранью, недовольно качая головой.
Не теряя ни минуты, Райли спустился в машинное отделение, столкнувшись по дороге с Кармен и Эльзой, которые тащили в трюм клинья и шплинты, сделанные из ножек стульев и деревянных обломков, бывших когда-то мебелью. При помощи этих самодельных приспособлений Джек, Марович и Хельмут пытались заткнуть ближайшие к ватерлинии дыры в корпусе судна, из-за которых в трюм с каждой минутой набиралось все больше воды.
Капитан «Пингаррона» быстро шел рядом с ними. «Странно видеть, — подумал он, — как зрелая и свободная женщина, уроженка Танжера, в поте лица трудится бок о бок с юной и, до определенной степени наивной немкой, чтобы не затонуть посреди Атлантики». Потом он постарался представить, о чем могли говорить между собой две женщины, у которых почти не было ничего общего, и внезапно понял, что лишь он их и объединял. Предчувствуя что-то дурное, Райли тряхнул головой, прогоняя эту мысль из головы, и ускорил шаг. Он дошел до последней двери и вошел в машинное отделение.
— Прибавь мощности! — крикнул он мулату в замасленном синем комбинезоне, стараясь перекричать рев двигателей. — Мы идем со скоростью восемнадцать узлов, этого мало!
Тот повернулся к капитану, сжимая в руке огромный гаечный ключ; выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— И чего вы от меня хотите? — хмуро спросил он. — Двигатели и так работают на полной мощности, даже на сто десять процентов. Взгляните на счетчик! — он указал на полукруглый циферблат, установленный над насосом; стрелка прибора уже достигла красной полосы. — Я не могу выжать из них больше ни единой лошадиной силы!
— Значит, пусть работают на сто двадцать процентов! — рявкнул Райли. — Мы должны развить скорость до двадцати узлов. Пусть даже двигатели взорвутся!
Сесар в ответ лишь развёл руками, давая понять, что это не в его власти.
— Вы что же, не понимаете? Это предел!
Райли с досадой закусил губу, понимая, что механик говорит правду, но все это его невыразимо расстроило.
Яростно проклиная всех богов механики, он с силой ударил кулаком по цилиндру; тот вздрогнул так, словно готов был вот-вот развалиться.
— Да сделай ты хоть что-нибудь! — рявкнул он, обращаясь к Сесару. — Делай что хочешь, но чтобы это чертово корыто достигло скорости двадцати узлов, иначе все наши усилия пойдут коту под хвост!
И, не давая ему времени на ответы, которых не хотел слышать, Райли повернулся и вышел из машинного отделения так же стремительно, как и вошел.
Он был неправ, и прекрасно это понимал. Сесар делал все возможное, чтобы заставить «Пингаррон» вовремя прийти на встречу с «Деймосом». Однако Алекс был капитаном, и в его прямые обязанности входило время от времени распекать команду, пусть даже на ровном месте. А теперь лишь от него зависела жизнь и смерть стольких его соотечественников, и если ради их спасения придется вести себя как форменная скотина, то, во имя Бога и всех святых, он будет вести себя как скотина.
Четверо членов команды и три пассажира, ни колеблясь ни секунды, согласились сопровождать его в этой безумной гонке. Предложенный Алексом план заключался в том, чтобы довести «Пингаррон» до острова Санта-Мария, где все, кроме него самого, сядут в шлюпку и высадятся на берег, а затем найдут способ предупредить американские власти.
