Судно, хоть и было относительно новым и добротно построенным, все же предназначалось для прибрежных переходов, а не для сражений с волнами четырехметровой высоты, которые теперь бесновались вокруг. Алекс доверял опыту француженки-рулевой, но недавний обстрел поставил под угрозу саму целостность «Пингаррона». Если в ближайшее время не выправить положение, судно может в самом прямом смысле нырнуть носом в волну. Если это случится, судно может расколоться пополам, перевернуться и камнем пойти на дно, так что они не успеют даже спустить шлюпку на воду.
А потому, несмотря на то, что Райли действительно сильно ударился, ему пришлось спуститься на дно затопленного трюма и попытаться отыскать драгоценный молоток.
Спустившись на дно, где вода уже доходила ему до колен, он случайно поглядел вверх и внезапно обнаружил, что, опираясь на перила трапа, на него молча смотрит Эльза; в уголках ее губ притаилась чуть насмешливая улыбка.
— Разве ты не должна помогать остальным шить парус? — сурово спросил он.
Однако, словно не услышав вопроса, немка подошла к металлическому трапу, осторожно спустилась вниз по ступенькам, неотрывно глядя капитану прямо в глаза. Когда же она наконец ступила прямо в ледяную воду, темную и зловонную, доходившую ей до бёдер, ее лёгкое платье тут же намокло, облепив все тело, но ее это, казалось, совершенно не заботило.
— Что случилось, Эльза?..
Однако, прежде чем он успел договорить, девушка внезапно обняла Алекса за шею и, поднявшись на цыпочки, пропала к его губам и страстно поцеловала.
— Тс-с-с! — прошептала Эльза, слегка прикусывая мочку его уха.
— Нет, постой, — прошептал он, хватая ее за плечи, но отчего-то не спешил отстраниться.
— Молчи, — прошептала она и, потянув за тонкие бретельки платья, чувственным жестом сбросила их с плеч, позволив тонкой ткани соскользнуть вниз, и осталась перед ним совершенно обнаженной. Вид этой совершенной красоты в темном грязном трюме показался ему до абсурда неуместным.
Алекс закрыл глаза.
Вздохнул...
И отступил на шаг назад.
— Я не могу... — пробормотал он, задыхаясь и отступая ещё на шаг. — Не могу.
— Чего? — спросила стоявшая перед ним нагая женщина, не веря собственным ушам. — Чего ты не можешь?
— Я не должен. Я... мне очень жаль, но я не... — Алекс помотал головой, так и не договорив.
Девушка резко повернулась к нему; в глазах ее полыхал гнев и кипели слезы уязвленной гордости.
— Что случилось? — спросила она, раскинув руки. — Ты больше меня не хочешь?
Райли встряхнул головой.
— Ты очень красивая, но... я не могу.
— Это из-за неё? Из-за этой шлюхи?
Алекс глубоко вздохнул, наполнив лёгкие воздухом, и медленно досчитал до десяти, стараясь взять себя в руки. Однако немка вновь шагнула навстречу.
— Я могу дать тебе намного больше, чем она, — теперь ее голос звучал умоляюще. — Намного больше, — она шагнула навстречу, кладя одну руку ему на грудь, а другой нащупывая застежку его брюк.
— Нет, Эльза, — решительно ответил он, снова отступая. Со стороны могло показаться, будто они танцуют какой-то невообразимый брачный танец, в котором самка завлекает самца.
— Ты же хочешь меня, — настаивала она. — Я же знаю...
Райли как раз собирался что-то ответить, когда наверху вдруг завизжали петли открываемой двери, и женский голос окликнул капитана по имени.
— Алекс? — послышалось сверху. — Эльза сказала, что пошла за тобой. Что вы здесь де...
Тот посмотрел вверх — и оцепенел, увидев наверху Кармен и ужаснувшись при мысли о том, что она подумает, глядя на него, стоящего всего в нескольких сантиметрах от совершенно голой девицы.
Наконец-то он понял все: и почему Эльза спустилась в трюм, и почему она сделала... то, что сделала.
Он протянул руку к Кармен и произнес, запинаясь:
— Кармен, я...
Однако та уже повернулась к нему спиной. Прежде чем закрыть за собой дверь, она ледяным тоном сообщила:
— Парус готов.
Когда Алекс поднялся на палубу, там были Хельмут, Кармен, Марович и Джек. Сесар и Жюли не могли отлучиться со своих постов в машинном отделении и у штурвала, так что все, кроме них и самого Алекса, который всю ночь конопатил дыры в трюме, самоотверженно шили парус, как было приказано. И, конечно, приказ был выполнен наилучшим образом, и теперь аккуратно сложенный парус с пришитыми к каждому углу тросами лежал перед мачтой-лебедкой, готовый к подъему.
Райли мигом отыскал глазами Кармен, но та без всяких колебаний просто проигнорировала его взгляд. Стараясь успокоиться, он мысленно сказал себе, что в этой игре есть дела поважнее, чем объясняться и растолковывать недоразумения. Алекс тряхнул головой, отбрасывая беспокойство — так встряхиваются собаки, избавляясь от блох — и сосредоточился на самом главном.
Алекс оглянулся, чтобы определить положение солнца, которое едва угадывалось за тучами, висящими прямо над горизонтом.
— Поверни вест-норд-вест, — сложив ладони рупором, громко крикнул он стоящей у штурвала Жюли.
Та в ответ подняла вверх большой палец и повернула рулевое колесо на двадцать градусов.
