| I imagined to myself the moment of our reunion, but I also thought of the man in whose hands lay my destiny, and whom a strange concourse of events bound to me by a mysterious link. | Я воображал себе минуту нашего соединения... Я думал также и о том человеке, в чьих руках находилась моя судьба, и который по странному стечению обстоятельств таинственно был со мною связан. |
| I recalled the rough cruelty and bloody habits of him who was disposed to prove the defender of my love. | Я вспоминал об опрометчивой жестокости, о кровожадных привычках того, кто вызывался быть и избавителем моей любезной! |
| Pugatch?f did not know she was the daughter of Captain Mironoff; Chvabrine, driven to bay, was capable of telling him all, and Pugatch?f might learn the truth in other ways. Then, what would become of Marya? | Пугачев не знал, что она была дочь капитана Миронова; озлобленный Швабрин мог открыть ему все; Пугачев мог проведать истину и другим образом... Тогда что станется с Марьей Ивановной? |
| At this thought a shudder ran through my body, and my hair seemed to stand on end. | Холод пробегал по моему телу, и волоса становились дыбом... |
| All at once Pugatch?f broke upon my reflections. | Вдруг Пугачев прервал мои размышления, обратясь ко мне с вопросом: |
| "What does your lordship," said he, "deign to think about?" | "О чем, ваше благородие, изволил задуматься?" |
| "How can you expect me to be thinking?" replied I. | - Как не задуматься, - отвечал я ему. |
| "I am an officer and a gentleman; but yesterday I was waging war with you, and now I am travelling with you in the same carriage, and the whole happiness of my life depends on you." | - Я офицер и дворянин; вчера еще дрался противу тебя, а сегодня еду с тобой в одной кибитке, и счастие всей моей жизни зависит от тебя. |
| "What," said Pugatch?f, "are you afraid?" | "Что ж?" - спросил Пугачев. - "Страшно тебе?" |
| I made reply that having already received my life at his hands, I trusted not merely in his good nature but in his help. | Я отвечал, что быв однажды уже им помилован, я надеялся не только на его пощаду, но даже и на помощь. |
| "And you are right -'fore God, you are right," resumed the usurper; "you saw that my merry men looked askance at you. Even today the little old man wanted to prove indubitably to me that you were a spy, and should be put to the torture and hung. But I would not agree," added he, lowering his voice, lest Sav?liitch and the Tartar should hear him, "because I bore in mind your glass of wine and your 'touloup.' | "И ты прав, ей богу прав!" - сказал самозванец. -"Ты видел, что мои ребята смотрели на тебя косо; а старик и сегодня настаивал на том, что ты шпион, и что надобно тебя пытать и повесить; но я не согласился", - прибавил он, понизив голос, чтоб Савельич и татарин не могли его услышать, -"помня твой стакан вина и зайчий тулуп. |
| You see clearly that I am not bloodthirsty, as your comrades would make out." | Ты видишь, что я не такой еще кровопийца, как говорит обо мне ваша братья". |
| Remembering the taking of Fort B?logorsk, I did not think wise to contradict him, and I said nothing. | Я вспомнил взятие Белогорской крепости; но не почел нужным его оспоривать, и не отвечал ни слова. |
| "What do they say of me in Orenburg?" asked Pugatch?f, after a short silence. | "Что говорят обо мне в Оренбурге?" - спросил Пугачев, помолчав немного. |
| "Well, it is said that you are not easy to get the better of. You will agree we have had our hands full with you." | - Да говорят, что с тобою сладить трудновато; нечего сказать: дал ты себя знать. |
