– Не мели ерунды. Ты хоть раз в кого-нибудь стреляла?
– Все бывает в первый раз, любимый мой! Уж не знаю, к сожалению, или к счастью… а если серьезно: напрашивается вывод, что к убийству приложил чешуйчатую лапку Змей-Борис. При условии, что он не знал, куда бежала бывшая пассия. Узнал – и вот результат. Мгновенная расправа.
– Нормальная версия, – согласился Ромка. – И куда мы сейчас так гоним?
– А гоним мы, Ромочка, сразу за двумя зайцами: узнаем, кто выкупил Нестеренко, раз наш общий недруг пропал и облегчить нам задачу не может, и попытаемся узнать что-нибудь о кончине злополучной лже-Анны. Честно говоря, девушка мне порядком надоела, даром что покойница.
– То есть, будем толковать с Борисом?
– Еще как будем, – с энтузиазмом кивнула я. – И тебе придется постараться и впечатлить дядю, я обещала вытащить прокурорскую дочку живой и невредимой… живой точно. Впору открывать бюро добрых дел.
Вскоре я парковалась возле неплохого трехэтажного домика в спальном районе города. Домик смутно напоминал мой и вообще, производил благоприятное впечатление. А еще меня порадовало наличие отдельного входа в каждую квартиру.
– Думаю, впечатлить ты можешь и сама.
– Нельзя забирать все главные роли себе, Ромочка! У нас равноправие.
Ромка не ответил, наградил меня тяжелым взглядом и полез из машины. Даже знать не хочу, что в такие моменты он обо мне думает, но его терпение воистину безгранично. Как человек, напрочь лишенный этого качества, я ценила его в Ромке.
Мы добрались до пятой по счету двери.
– А если у Бориса есть сигнализация? – шепнул Ромка.
– Как это – если? – изумилась я. – Она еще как есть, Ромочка. Но если хозяин дома, она вряд ли включена. Дом – это островок безопасности, и если ты внутри, часто забываешь, что снаружи могут томиться злодеи. И злодеи вполне могут нарушить твой покой.
– Вспомни об этом в следующий раз, когда не включишь сигнализацию на ночь.
– У меня есть ты, зачем мне сигнализация?
– Конечно. Я почти надеюсь, что этот Борис-Змея более предусмотрительный. Будет тебе уроком, еще одним.
–Ни к чему быть таким вредным! – обиделась я. – Лучше открой дверь.
– Сама открой, – Ромка кинул мне связку отмычек. – Я буду готовиться к разговору и избиению незнакомого человека.
Пожав плечами, я принялась за работу, пока друг тосковал рядом. Справилась минут за пять, что далеко от личного рекорда, но меня оправдывало стремление к тишине, я старалась производить как можно меньше шума. Дверь отворилась и мы зашли.
На первом этаже нас ждала просторная прихожая и не уступающая ей в размерах кухня, все это отлично просматривалось с места, где мы стояли. Ромка одной рукой показал на лестницу, другой же – пригвоздил меня к стене, предлагая дождаться его внизу. Я согласно кивнула и наблюдала, как друг бесшумно двигается наверх. Свет везде выключен, из звуков – только тихие Ромкины шаги.
Время позднее, надеюсь, Борис спит и наш визит станет еще большим сюрпризом.
Или ночным кошмаром.
Несколько долгих минут ничего не происходило, потом послышалась непонятная возня, ноги сами понесли меня к лестнице, несмотря на приказ ожидать внизу. Ясное дело, Змей дома… жаль, Ромка не прихватил с собой пушку и для меня, как ни как, оружие в руках успокаивало, пусть я его и не любила.
Лестницу я преодолела за пару секунд, ничуть не таясь, на втором этаже побежала на шум. Подоспела как раз вовремя: Ромка тыкал пушкой в змеиную физиономию Бориса и угрожающе улыбался. Борис же вытаращенными глазами выражал непонимание происходящего.
– Кажется, наши методы расследования становятся все менее изящными, – посетовала я, в основном чтобы мужчины обратили на меня внимание. – И мне это не нравится.
Внимания, я добилась: Ромка выразительно закатил глаза на мое «не нравится», Борис продемонстрировал свирепую гримасу, исказившую его и без того неприятное лицо.
– И да, я еще не сдохла, как ты желал, и даже привела с собой друга. Помнишь, я обещала, что он порежет тебя на куски? Обычно я против таких методов, но Ромка у меня тот еще психопат, если уж что надумает… Ромочка тащится от вида крови, что пугает даже меня, но победить его отклонение пока не получается. К твоему сожалению, Борис. Но не будем пока о плохом, ты же не собираешься выводить Ромочку из себя?
Судя по Ромкиной физиономии, с моим диагнозом он хотел поспорить, но мудро решил не обсуждать психические наклонности при посторонних. Терпение – его фишка, я уже говорила.
Бориса же опять перекосило от злости и он выплюнул:
– Что тебе надо?
– Ничего, как ни странно. Просто Ромочка хочет с тобой побеседовать, а я здесь исключительно для защиты. Твоей, конечно.
– Понятно, добрый коп – злой коп.
– Это вряд ли, – подал голос Ромка. – Скорее, плохой и еще хуже. Так что? Будем сотрудничать, или мне отправить Сеню за ножом? Ремни буду нарезать.
Змей промолчал и Ромка логично решил, что молчание – знак согласия.
