Впрочем, мои расчеты на ненависть и истеричность возможной убийцы не совсем оправдались. Стоило бы помнить, что баронесса прежде всегo леди, а, значит, умеет держать лицо при плохой игре. Об этом я подумала, только увидев непроницаемо-спокойное, пусть и довольно бледное лицо женщины, почти никак не среагировавшей на новость, что допроса ей придется ожидать в компании любовницы мужа. Но стоит отметить, что с того момента, как я ее видела в последний раз, безутешная вдова успела сменить бальное платье на наряд попроще. Похоже, предыдущий по какой-то причине совсем пришел в негодность, раз в таком шуме и суматохе она не поленилась переодеться. Еще бы ударить несколько раз ножом человека и остаться почти невозможно. А вот выдержка у дамы практически стальная. Убила мужа в доме, полном гостей, переоделась, а теперь спокойно и невозмутимо ждет своей очереди на допрос. Странно, что с таким характером, она вообще терпела пренебрежение от мужа, и сорвалась только сейчас.
Интересно, а от испачканного платья она успела избавиться? Надеюсь, Матэмхейн догадается отправить кого-то хорошенько осмотреть ее покои. Тогда и признания не нужно будет.
Тем временем баронесса, бросив на меня пустой взгляд, с идеально ровной спиной пристроилась на дальней от меня кушетке. Аккуратно расправила складки безупречного платья и уставилась на картину напротив, избегая смотреть в мою сторону. Значит, не так уж невозмутима, как пытается показаться. Мое присутствие ее раздражало.
Нервно потеребив веер в руках, я встала и принялась расхаживать по комнате.
— Ужасное происшествие, не правда ли? — обратилась к женщине.
Нехотя та оторвала взгляд от стены и все же повернулась ко мне с пустым, словно окаменевшим лицом.
— Представляете, я же была рядом с бароном перед убийством, — театрально заламывала я руки, изображая панику. — Просто трясет от ужаса, что, задержись я, и тоже стала бы жертвой.
— Какой кошмар, — скупо откликнулась баронесса.
Подозреваю, она уже пожалела, что я успела уйти из кабинета до ее визита туда.
— И, главное, так не вовремя, — продолжила возмущаться я. — Мы только успели познакомиться, заключить выгодный контракт, начали узнавать друг друга, а тут…
Женщина умело изображала вежливый интерес, но втягиваться в диалог не желала. А мне-то нужно ее на эмоции вывести. Что же, придется действовать грубо.
— Такая потеря, — печально покачала головой. — Весьма приятный и интересный мужчина. Михаэль меня буквально очаровал за этот вечер. Обходительный, внимательный, нежный, да ещё и знаток своего дела… Мне даже в какой-то момент стало жаль, что он женат на такой ужасной даме, — вздохнула, бросив взгляд в ее сторону.
Баронесса напряглась. Руки ее судорожно сжали пoдол платья.
— Α что нет так с его супругой? — сухим голосом поинтересовалась женщина. — Он что-то рассказал вам? — Похоже, все же удалoсь ее зацепить.
— Ах, простите, — тут же изобразила я смущение оттого, что сболтнула лишнего. — Это так невежливо с моей стороны, говорить подобное о совершенно незнакомой женщине. Тем более, в присутствии ее знакомой. Извините, я просто растерялась после произошедшего и сболтнула лишнего, — поспешила отвернуться, — не слушайте меня.
— Я плохо знала барона Карнеби, — проскрежетала она. — И его супругу тоже. Но все же не слышала, чтобы в обществе о ней говорили что-то предосудительное. Вы меня заинтриговали, — изобразила улыбку. — Расскажите, что с ней не так?
Решила разыграть инкогнито? Весьма удачно для меня. Изображать недалекую куда сплетницу проще, чем дерзкую хамку. Особенно если ты вроде как высокородная леди.
— Даже не знаю, — хмурясь, с сомнением заметила я. — Все же, это выставляет их семью не с лучшей стороны…
— Ничего страшного, — растянулись губы женщины в ободрительнoй улыбке. — Барон уже не с нами, так что вряд ли что-то из сказанного вами может ему навредить.
Несколько мгновений я изображала муки выбора, но все же не сдержала порыва перемыть косточки хозяевам вечера. Присела рядом с баронессой, заставив ее нервнo вздрогнуть и чуть ли не отшатнуться. Я сделала вид, что не заметила ее попытки отстраниться, и склонилась ближе к собеседнице.
— Мы не слишком много разговаривали, но кое-чем барон успел поделиться. Карнеби рассказал, что она обманом вынудила его жениться, — прошептала по секрету. — Устроила целый спектакль, будто он обесчестил ее. Чтобы сохранить имя и репутацию, ему пришлось жениться. А ей просто нужны были его состояние и титул. И даже после свадьбы она продолжала изменять, практически не скрываясь, — добавила я осуждения в голос. — Немыслимо, — покачала головой, — так себя вести, на глазах у собственного супруга. Не скрывaясь, чтобы все окружающие видели его позор. И ведь он терпел, ни словом не возразил.
