—
Тем временем Матэмхейн закончил со своим сложным заклиңанием и окликнул меня.
— Снимай!
Без тени сомнений убрала щит, и в тот же момент беснующаяся виверна словила грудью искрящийся поток ледяной магии.
Застыла она не сразу. Сначала трескающимся льдом покрылся кончик хвоста, сама ящерица еще двигалась. Потом застыли лапы. Виверна попыталась разрушать его и поливать огненным дыханием, но лед стремительно и неотвратимо захватывал ее тело. Наконец, сверкающим панцирем докатился до головы и, издав последнее злобное шипение, ящерица замерла.
Вылезать из-пoд стены колодца мы не спешили, но тварь больше не двигалась. Покрытая тонкой коркой льда, словно застывший памятник незамутненной ярости, виверна высилась посреди побоища. Следом за Вайнном я выпрямилась, устало вздохнув. Справились, и даже без потерь и почти без ранений.
Медленно я приблизилась к тварюшке, на всякий случай держа кнут наготове.
Не слишком крупная особь — в холке едва достает мне до талии, голова чуть крупнее мужского кулака, в длину метра три и то за счет хвоста. Но мне бы не захотелось cойтись с такой один на один.
Я склонилась, чтобы поближе рассмотреть острый гребень, венчающий голову. Внезапно зрачок ящерицы в широко распахнутых глазах резко сдвинулся в мою сторону и угрожающе сузился. Громко ругнувшись я дернулась, тут же налетев на стоящего рядом мужчину.
— Что? — резко спросил он, одной рукой прижав к себе, а на второй мгновенно формируя заклинание.
— Она живая подо льдом, — выдохнула, немного уязвленная тем, что позоpно перепугалась, и сама от него отодвинулась.
— Конечно, — уже спокойнее отозвался мужчина, сворачивая заклинание в руке. — Шкура крепкая, насквозь проморозить не выйдет. Вот если мечом приложить от души, то пробьет…
— Удивительно, как при таких характеристиках, они оказались на грани истребления, — пробормотала, обходя вокруг ящерицы. Помимо огненной пасти и довольно острого хвоста, у нее ведь ещё полный набор зубов и когтей имелся. Но я никогда не задумывалась, почему этот вид стал вымирающим. Впрочем, как и многие другие.
— Из-за шкуры, — внезапно поделился со мной сведениями следователь. — На них охотились ради ингредиентов для зелий и артефактов. Виверны и правда устойчивы к магии, но не слишком умны и ловки, как вы могли заметить. При должной сноровке и хорошей организации уничтожить ее не составит больших проблем. Главное — выследить дo гнезда, а там подготовить грамотную ловушку.
Хоть ящерица мне не особо понравилась, но на мгновение даже стало их жаль. Избавиться от пакостников, повадившихся жечь селян и урожай — само собой разумеется. Но уничтожать дикую стаю, ведущую уединенную жизнь вдалеке от жилых мест — бессмысленная жестокость.
— Похоже, нам повезло, виверна была одиночкой, — с удивительной уверенностью заявил мужчина.
— С чего вы взяли? — нахмурилась я.
— На ней ошейник, — указал он на какую-то полоску на шее зверюги, которую я не заметила сразу. — Она не дикая, а сбежавшая.
И тут раздался хруст ломающегося льда. Наученная горьким oпытом я действовала на инстинктах. Взмах рукой, все ещё сжимающей кнут, и кожаная петля ложится на шею. Еле уловимое прикосновение к руне на ручке, и вдоль всего кнутовища выдвигается тонкая полоска металлического лезвия. Еще один резкий взмах… И замороженная голова приземлилась прямо на сапоги господина следователя, запачкав того зеленоватой кровью. Вырвавшийся из ледяного плена хвост успел лишь слабо дернуться и обмяк.
— Извините, — смущенно кашлянула, смотря, как мужчина, разгибается, стирая с себя зеленые брызги. Οдарив меня хмурым взглядом, он выудил белоснежный платок, быстро обтер лицо и руки, и пристально изучил стелящееся по земле кнутовище.
— Вегерос, — мрачно заключил после осмотра, — вы знаете, что даркайское церемониальное оружие запрещено в нашей империи? — поднял он на меня тяжелый льдисто-голубой взгляд.
— Какое оружие? — невинно спросила я, быстро касаясь руны на рукоятке. Миг, и лезвие уже скрылось.
К счастью, конфисковать у меня запрещенное оружие он не стал. Лишь снял ледяной кокон с мертвого тела, тут же рухнувшего нам под ноги. И я решила присмотреться внимательнее к ней. Меня насторожило грязно-зеленое пятно на спине, между крыльев. Нагнувшись и оглядев его, не побрезговала даже ощупать и все поняла.
Бессильные злость и раздражение вновь затопили меня. Запрокинув голову, я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь унять эмоции. Поздно переживать, да и голову вправлять на место уже некому.
— Флора? — заметив мое состояние, настороженно окликнул Матэмхейн.
— Вы никогда не задумывались, почему вокруг столько идиотов? — выдохнула сквозь зубы. — И почему отвечать за их действия в итоге приходится людям вполне здравомыслящим?
— Что вы нашли? — поинтересовался мужчина, становясь рядом.
Открыв глаза, мрачно посмотрела на него.
— У нее на спине рана.
Блондин склонился над распластанным телом и тоже не поленился залезть в рану руками.
