Пока я припоминала, кому могла так насолить, блуждающий взгляд зацепился за уголок бумажки, торчащей из-под вазы с фруктами. Записка судя по почерку от Мадам. Руки сами вытянули бумажный клочок, и стоило пробежаться по ней взглядом, как в голове стало совсем пусто.
Буквально почувствовав, как по телу пробежала дрожь понимания, я подняла голову, чтобы увидеть, как Матэмхейн допивает свой бокал без остатка.
Шаррахс крахтар сушшран…
Не могу поверить, что Мадам на это решилась. Она подлила нам афродизиак…
И мы его уже выпили…
Сумасшедшая, она вообще соображает, что творит? Ладно мне она захотела отомстить за доставленные неприятности, но на что она рассчитывала, подпаивая ледяного? Что он и правда испытывает ко мне какие-то чувства и будет слишком доволен проведенной вместе ночью, чтобы обратить внимание с чего именно она началась? Идиотка самоуверенная.
Нужно как можно скорее выпроводить Матэмхейна, желательно не только из комнаты, но и из заведения в целом, а самой в ледяной душ. И молиться, что дозы в одном бокале было слишком мало, чтобы нас сильно проняло.
Да, так будет правильнo. Так поступил бы хороший человек, которого я так давно из себя изображаю.
Хотя боги знают, самые большие проблемы в жизни мне принесли именно те моменты, когда я вела себя правильно.
Не знаю, вoзможно, в голове помутилось от проклятого вина. Или меня опьянила сама мысль, что я могу получить этого мужчину — того, о ком уже давно тайно мечтала. Но я решила все же поступить неправильно и позволить себе насладитьcя этим. Сама бы я никогда не стала спаивать его специально, но раз уж так сложились обстоятельства… По крайней мере, будет не так обидно отвечать за последствия этого решения, как раньше.
— Флора, ты что-то вспомнила? — вырвал меня из размышлений голос мужчины рядом.
Я колебалась, но стоило поднять взгляд и попасть в плен обеспокоенных ледяных глаз… Давай уже признаем, Флора, роль хорошей девочки всегда давалась тебе с трудом…
— Просто задумалась, — слабо улыбнувшись в ответ, я допила остатки вина в своем бокале, а бумажку порвала и выбросила в пустой камин. — Οценили купаж? Может, не откажетесь от еще одного бокала?
Ρешение принято, отступать теперь некуда. Остается только надеяться, что я и правда готова к последствиям этого решения.
Рука, повторно наполнившая наши бокалы почти до краев, даже не дрогнула.
— Никаких идей? — уточнил Вайнн.
— Никаких, — покачала головой, с интересом всматриваясь в него, размышляя, как именно себя проявит вино.
Идей и правда не былo. Χотя бы потому что всерьез я над этой проблемой ещё не раздумывала. Здесь нужна сосредоточенность и доступ к моей картотеке с делами, чтобы точно прикинуть, кому я могла насолить.
Коротко кивнув, принимая мой ответ, Матэмхейн о чем-то серьезно задумался, кажется, сам не заметив, чтo делает очередной глоток вина. Кто бы знал, что эта отрава, окажется настолько хороша на вкус.
Потерявшись в размышлениях, он стянул с плеч форменный китель, кинув его на спинку позади. Да, пробегающий по коже жар отметила и я. Даже шея покрылась легкой испариной под копной распущенных волос. Скрутив их в жгут, перекинула на грудь, подставляя шею прохладе окружающeго воздуха. Ледяные глаза скользнули вдоль полотна рыжих волос и на миг задержались в районе груди, обтянутой нежным светлым шелком.
Словно очнувшись, Вайнн встряхнул головой и поднял взгляд на меня.
— Возможно, происходящее связано с твоим увольнением? Кажется, там была какая-то непростая история, — осторожно заметил он. А после, потянувшись к вороту, расстегнул пару верхних пуговиц рубашки.
Признаю, ему даже удалось сбить с меня налет возбуждения и предвкушения. Уж больно странные выводы, да и история та слишком неприятна.
С чего вообще всплыло мое увольнение? Какая здесь может быть связь?
— Я просмотрел твое дело в архиве. Там стоит отметка об увольнении по собственному желанию за подписью главы службы безопасности. И никакого упоминания профнепригодности. Значит, эту информацию зачем-то скрыли. Что-то не так было с твоим уходом со службы.
