— Староста ее и купил, — мрачно признался он, гипнотизируя огонь желтым взглядом. — Α потом позвал отобедать и раcспрашивать стал, откуда такое богатство. Я и не скрывал. За столом и уснул, а проснулся уже на цепи. Савелий сказал, что они так обо мне позаботятся. Негоже, чтобы ребенок один в лесу жил. Но бесплатнo меня никто кормить не будет, так что буду им зверей этих ловить. Α вот как восемнадцать мне стукнет, так и отпустят меня.
Я удрученно покачала головой. А ведь староста мальчонку давно запланировал на цепь посадить. Шкурка только подстегнула его. Потому что просто так серебряные ошейники в подобных местах не валяются. Он его заранее приготовил, привез откуда-то, и момента ждал. Дождался.
— Почему сразу к оборотням не пошел? — все же спросила у совсем загрустившего парнишки. — Про то, что они полукровок ненавидят, тебе староста после наплел, чтобы сбежать не попытался, а сначала-то?
— Дед остерегал к ним соваться, — бросил волчонок на меня взгляд исподлобья.
— Почему? — нахмурилась не понимая. Вряд ли он предубеждениями страдал, раз у него внук из двуликих.
— Здесь земли кошачьего клана, а я волк. Не примут они меня, враждующие мы, — пробормотал мальчишка.
— Ох, темные вы люди, — вздохнула я, потрепав парнишку по заросшей голове. — Кланы враждуют между главами, простого народа это не слишком касается. Тем более, оборотни крайне трепетно относятся к детям. Точно не скажу, там какая-то история с проклятием бога-покровителя хвостатых. Чуть не вымерли одңажды. С тех пор детей у них обижать не смеют, боясь повтора. Так что, тебе бы там помогли. Если бы у себя не оставили, то до земель волков провели бы точно. Лучше поздно, чем никогда, — улыбнулась ему. — Дойдем, сам убедишься.
Мальчишка лишь нахмурился, плотнее заворачиваясь в шерстяную ткань. Бросил на меня опасливый желтый взгляд.
— А можно… — прозвучало еле слышно.
Я вопросительно вздернула бровь.
— Можно я с вами… с тобой останусь? — просипел тихо и осторожно. — Я помогать в дороге буду! Готовить, зверя ловить, сторожить, да хищников прогонять. Вы не смотрите, что маленький — я сильный! — подался ко мне.
— Верю, — грустно улыбнулась ему, — но со мной опасно. За мной злые люди идут, и подвергать опасности маленького ребенка я не стану. Тем более, тебе и так досталось.
— Я не маленький, — повторил Нир, отворачиваясь, — могу тебя защищать.
— Спи, защитничек, — постановила я, закрывая тему.
Понятно, что сейчас я ему вижусь единственной надеждой и защитницей. Но как тащить с собой мелкого, если сама не знаю, куда иду и от кого убегаю? Кто вообще в здравом уме мне ребенка доверит? Характер мерзкий, в прицепе подселенная не слишком адекватная сущность, плюс обвинение в серийных убийствах и следственное управление на хвосте. Тот еще образ идеального опекуна.
Но можно попробовать подсунуть волчонка подруге. У них много общего — мальчишка разбирается в лечении, Касс бывшая целительница, оба сироты — ей будут близки его печали. За судьбу мелкого можно будет не переживать.
Идея мне понравилась. Все же, раз я его вытащила, то теперь в некотором роде ответственна за него. Лучшего варианта, чем семья Клейрон, и придумать нельзя. Сразу этого сделать не получится, но можно выпросить у мальчика пару капель крови. И как смогу, передать Касс. А там уж по крови она его в любом месте отыщет. Магия крови, конечно, официально запрещена и информация по ней уничтожена, но, когда ты принадлежишь двум сильнейшим родам империи и имеешь доступ к хранилищу знаний, запреты становятся расплывчатыми.
Уложив ребенка спать, я устроилась рядом, чтобы слегка подремать, оставив хвостатую квартирантку следить за окружающим миром. В тот момент я была уверена, что судьба мальчишки будет благополучна устроена, пусть и без моего непосредственного присутствия в ней.
Правильно говорят, хочешь рассмешить богов — расскажи им о своих планах.
Вторая ночь под крышей за последние несколько дней, но как разительно они отличаются.
Валяясь под теплой периной, я вяло моргала, рассматривая розоватый от солнечных лучей беленый потолок. Время рассветное, но прошлым вечером мы легли рано, так что я успела выспаться и даже чувствовала себя отдохнувшей.
Повернувшись, высмотрела на соседней кровати одеяльный ком, из которого торчала розовая пятка с одной стороны, да пепельная макушка с другой. Спал ребенок удивительно cпокойно и крепко — даже не дернулся, когда я поднялась с кровати и тихо оделась. Оборотень называется.
Прикрыв за собой дверь на ключик и набросив легкую защиту, я спустилась в зал, где, несмотря на ранний час, уже завтракали несколько сонных посетителей. Попросив у возрастной деятельной хозяйки крепкого взвара и кусок пирога, села к окошку позавтракать и определиться с дальнейшим планом. За стеклом готовился к новому дню торговый люд, открывая лавки, и спешили на службу работяги.
