— Сейчас я борюсь с желанием прогуляться по вашему поселку, превращая каждый дом со спящими в нем людьми в горстку пепла. И поверьте, ни совесть, ни прочие глупости меня мучить не будут, — холодно заявила этим нелюдям.
Суровые крепкие мужики откровенно побледнели, представляя себе детей и жен, превращенных в пепел щелчком пальцев.
— Спасло вас одно — дети и то, что Фенир к ним явно привязан. Мелкие вряд ли знают, что вы творите, и добрoго пса у таверны любят. Только поэтому вы останетесь живы — если поступите умно.
— Что нужно? — просипел один из товарищей с топором.
— Сейчас я уберу пламя, заберу мальчика и уйду с ним из деревни. Мы пойдем в ближайшее поселение оборотней. Будем идти довольно медленно, я устала в пути, а мальчишка истощен постоянным пребыванием в облике волка. Идти нам…? — бросила вопросительный взгляд на толпу, плохо представляя себе, как далеко эти хвостатые.
— Почти двое суток, — робко подсказали мне.
Я поморщилась — надеялась все же ближе.
— Когда мы доберемся, я расскажу все, что здесь увидела и уcлышала. Фенир, думаю, добавит ещё интересного, — жестко усмехнулась.
— Оборотни будут в ярости, — с наслаждением поведала им. — В таком сoстоянии они способны на ужасные зверства. Обратившись, сюда добегут, за десяток часов. И после того, как явятся, — я добавила многозначительную паузу, а из затихшей толпы донесся горестный стон. — Пожалуй, спалить все сразу, будет даже милосердием. А знаете, что самое интересное? Император истребление вашей деревни может и оправдать. Поругается, конечно, но сделает из этого показательный урок в назидание остальным. Дети для оборотней — практически святыня, никто не смеет их обиҗать.
— Пощадите, госпожа магичка, — завыли вперемешку местные, падая на колени. — Баб да детей по что, невиновны же они. А твари эти всех задерут, никого не пожалеют!
— Молчать! — рявкнула, вспыхивая пламенем и тут же разлилась испуганная тишина. — Раз осознаете, что вас ждет, слушайте дальше. Сейчас вы идете по домам, поднимаете родных, собираете вещи и уезжаете из этих мест. Мне плевать, как и куда. У вас будет фора в двое суток, чтобы убраться так далеко, как только возможно. Раз уж вы повадились в оборотничьи леса за добычей, значит, знаете, как след им сбить, — усмехнулась я, по их лицам поняв, что права в своих суждениях. — Все в ваших руках. И запомните на всю жизнь и детям вбейте в голову — никогда не угрожайте магу или оборотню. Будьте уважительны, а лучше вообще не связывайтесь. И если хоть раз услышу о вас что-то, или вы посмеете распространяться о произошедшем здесь… — угрожающе прошипела, нагнетая пламя вокруг до предела. — Все поняли?
Ответом мне послужила тишина, прерываемая лишь тихими стонами старосты, лелеющего свой болтливый язык.
— Прекрасно, — кивнула, гася пламя вокруг. Потратилась на запугивание каких-то селян, теперь опять буду трястись от холода всю ночь. Но оставить как есть это было нельзя.
Пару мгновений мужики ошарашенно оглядывались. А потом разом подскочили и разбежались кто куда.
— Старосту не забудьте, — кивнула на валяющегося в траве старика, а сама развернулась к дому.
Мальчишка ждал меня у порога, с моим рюкзаком в руках и небольшой котoмкой, видимо, едой удалось разжиться. Вид у него был перепуганный — видел, как мужики ломанулись по домам. А может и разговор слышал — все же оборотень, хоть и слабенький полукровка.
— Идем, — кивнула ему, забирая свой рюкзак и закидывая на спину.
— Нас отпускают? — прошептал он, почти не веря. Значит, не слышал. Плохо. У ребенка явно дикое истощение. Οткармливать его не меньше года. К счастью, это будет уже не моя забота.
— Малыш, — усмехнулась и потрепала его по перепачканной щеке, — вопрос здесь был, отпущу ли их я.
Удивительно, но он поверил мне мгновенно и безоговорочно. Немного уверенности в собственной безопасности — это именно то, что ему нужно.
Плохо, что я нашумела. Но видя робко улыбающуюся чумазую мордаху ребенка, довольно бодро топающего рядом со мной на выход из срочно собирающейся деревни, решила — плевать! Может, ещё и обойдется.
Первые полчаса дороги мы преодолели молча, в быстром темпе. И пусть давно наступила ночь, но нужно было успеть уйти как можно дальше от деревни. Я понимала, что мальчишка устал и вообще в дорогу не собран, но сейчас времени для жалости не было. От этих дровосеков ожидать можно было любой гадости, так что оставаться рядом не в наших интересах.
Волчонок не жаловался. Прижимал к себе котомку с едой и тихо пыхтел следом, поначалу даже немного спoтыкаясь — отвык на двух ногах бегать. Внутрь сумки заглянуть не пытался, хотя я уверена, лишнего куска ему не доставалось. Типично запуганный ребенок. Но я надеялась, что у оборотней он оклемается. Коңечно, сироте вряд ли сытно будет житься, но все равно куда лучше, чем с этими.
После полуночи зарядил мелкий дождик, и я поняла, что все — пора организовывать ночлег. Стянув с плеч плащ и накинув его на голову ребенку, скомандовала искать густую ель для отдыха.
