Боже мой, конечно он помнит. Потому что я пятьсот раз за утро ему об этом напомнила. Потому что я лично перестирала его форму, наконец заказала ему на последние деньги дорогущую спортивную сумку для немногочисленной экипировки, радуясь при этом больше самого сына, я прожужжала ему все уши о том, как прекрасен и полезен этот вид спорта, впервые в жизни так откровенно манипулируя собственным ребёнком… Конечно, он всё помнит, мать вашу! И всё равно я не могу не опасаться того, что что-то может пойти не так…
Закусила губу, едва успев затормозить в плотном потоке машин. Виновато покосилась на залипшего в своём телефоне Игоря… Не заметил. Выдохнула, машинально вытирая потные ладошки об подол летнего короткого платья, которое я выбирала с особой тщательностью. Стиснула зубы, мысленно посылая подальше посигналившего мне водителя пежо, готового протаранить меня за задержку. Плавно тронулась с места, десятый раз за последние полчаса давая себе слово быть внимательнее на дороге…
Кажется, я уже не чувствовала ничего вообще, приобнимая сына за плечи и спускаясь к массивной железной двери, ведущей в подвальное помещение клуба. Нервные окончания достигли пика своего перенапряжения и оказались больше не способны принимать импульсы мозга. Во рту стало нестерпимо сухо, хотя я прикончила поллитровую бутылку воды за время поездки…
— Здрасти! — Игорь прошёл вперёд мимо охранника. — О, привет! — он тут же поздоровался с кем-то из друзей, бегающих поблизости…
— Здравствуйте, — я даже смогла улыбнуться, сама удивляясь тому, что на это остались силы.
— Зра-а-авствуйте! — добродушный дядечка в форме тепло кивнул, с умилением поглядывая на галдящих ребят.
Зашагала по коридору, пытаясь сосредоточиться на лицах родителей вокруг, даже здороваясь с кем-то из тех, кто был на прошлой неделе на стрельбище… Сердце глухо стучало в горле, отчего окружающий невыносимый шум доносился словно издалека. Даже глушился какой-то едва уловимый стыд перед новыми знакомыми, которые, возможно, догадываются о том, что произошло между мной и Адамом Тимуровичем, но не показывают вида…
Прислонилась плечом к стене, проводив взглядом скрывшегося в раздевалке сына, чувствуя, как кружится голова и подкашиваются ноги от морального переутомления. Да когда он уже придёт, чёрт его подери?! Назло что ли так долго тянет? Мог бы показаться наконец, поговорить с родителями вон, ответить на вопросы там… Мне просто нужно увидеть его глаза. Увериться в том, что он тоже ждал, что рад мне, что скучал хотя бы в половину того, как сходила с ума я…
— Мам, ты же меня подождёшь? — рядом материализовался Игорь.
— Конечно, — обессиленно улыбнулась ему, чувствуя, как вопреки всему к горлу подступает какое-то иррациональное разочарование — да, до начала тренировки есть ещё несколько минут, но никто из тренеров до сих пор не появился…
— Ребя-я-ят! — из-за поворота неожиданно вырулил Дима. — Всем добрый день! Кто со мной — строимся! Опоздавшим — штрафной канат…
Я больше не слышала и не видела ничего вокруг — ни детского визга, ни топора, ни чужих слов. Потому что сразу за Дмитрием из-за угла вышел он, Адам…
Мир перестал существовать. Рухнул у моих ног, превратившись в дымящиеся руины пепла и пыли, стал второстепенным и неважным, утратил смысл. Остался только горящий тёмный взгляд напротив, прожигающий каждый атом в моём теле, выворачивающий наизнанку всё нутро, завораживающий настолько, чтобы отдать саму душу за эти несколько секунд…
Адам отвернулся. Кивнул кому-то из родителей, взял из чьих-то рук бумажную квитанцию об оплате, мельком посмотрел на неё, сунул в карман спортивных штанов, протянул ладонь какому-то мужчине, отцу одного из мальчишек, хлопнул по плечу кого-то из крутившихся вокруг пацанов…
Тоже опустила глаза. Чувствовала, что непроизвольно улыбаюсь, но даже не задумалась о том, как это выглядит со стороны. Глубоко втянула носом воздух, безуспешно пытаясь заставить себя вернуться в реальность…
Обе группы ушли шумной гудящей оравой, многие родители тоже потянулись к выходу, некоторые занимали освободившиеся скамейки.
Осталась стоять у стены, кусая губы и для вида утыкаясь в свой телефон…
Это как глоток воздуха после долгой задержки дыхания под водой. Нет, напряжение не отпустило, но… Я получила то, чего так долго хотела, к чему стремилась — он ждал. Меня… Безошибочно разглядел в толпе, смотрел так, словно никого нет вокруг… Это выше ожидаемого. Это слишком восхитительно, на грани болезненной жестокости. И данное ощущение вселенского восторга невозможно затмить ничем…
Почему-то точно знала, что он вернётся. Хотя бы на пару минут, но подойдёт ко мне. И теперь я готова была ждать вечность…
— Присаживайтесь! — проходивший мимо охранник, проверяющий территорию после наплыва людей, широким жестом указал на свободную скамью. — Пока они там назанимаются…
— Спасибо, я… постою пока… — я широко улыбнулась в ответ, чувствуя, как в груди поёт и ликует желание расцеловать этого человека, как и всех людей на свете.
