Я заметила подошедшую Сару. Она была женой младшего брата Луи, хирурга, ненавидевшего бизнес, которым занимались оба его брата. Тем не менее, у них у всех были общие интересы с гоночным треком и командой, что казалось мне неотразимым.
— Франсуа совершенно особенный, — прошептала я, и моё сердце бешено заколотилось при этой мысли.
— По словам Жана-Батиста и Селины, тебя и так все обожают, — добавила Сара, подслушав разговор.
Узнав о случившемся, его родители прервали свой отпуск. У нас были роскошные обеды и завтраки, на которых должен был присутствовать каждый член семьи. Это были изысканные мероприятия, заставлявшие меня чувствовать себя так, словно я была членом их семьи десятилетиями, а не неделями.
И всё же моё сердце болело за отца. Он не перезвонил мне. Хотя я и понимала почему, это не означало, что мне не было больно.
— И я вас всех обожаю, — ответила я, не потрудившись взглянуть ни на одну из них.
— Она смотрит только на гонки, — сказала Сара, и обе женщины рассмеялись.
— Ну и дела. Интересно, почему. К сожалению, я не думаю, что у нашей команды есть хоть малейший шанс на победу. Шансы пятьдесят к одному против команды Тибодо. — В голосе Рэйвен зазвучали надменные нотки, что было совсем не похоже на девушку.
— Вот почему я поставила тысячу долларов, — промолвила я, ожидая их реакции. Когда они разразились смехом, я не смогла удержаться и присоединилась к ним, наконец повернувшись в их сторону. Я заметила, что Рокко присматривает за мной, обеспечивая мою безопасность, как ему и было приказано.
Я решила, что жизнь в страхе не входит в мой список желаний, и предпочла наслаждаться жизнью. В этом мире было достаточно хороших моментов. Мне оставалось только наслаждаться ими.
На ум пришла песня Джимми Баффета, и она снова заставила меня улыбнуться.
— Ты такая плохая, но именно поэтому ты классная бизнесвумен, — проворковала Рэйвен.
— Насчет этого я ничего не знаю.
По крайней мере, любовь всей моей жизни не был против того, чтобы я работала в семейном бизнесе, в какой-то степени. У меня было предчувствие, что споры начнутся позже, после того, как всё выяснится с моим отцом.
Вздохнув, я схватила бинокль и увидела ярко-красную машину на другой стороне трассы. Внезапно меня начало потряхивать.
— На поле синий флаг, — сказала я вслух.
— Что это значит? — спросила Зои, подбегая ко мне с другой стороны.
— Это значит, что приближается более быстрая машина и другим водителям следует подвинуться. — Я вытянула шею. Затем судорожно вздохнула. — Чёрт возьми! Это наша машина!
— Не может быть. Дай-ка я посмотрю. — Рэйвен выхватила у меня бинокль, но в тот момент он мне был не нужен, машина Тибодо вырвалась вперёд.
— Да. Да. Да! — я начала подпрыгивать. Все члены семьи и солдаты, которым разрешили войти в ложу, бросились к ограждению. — Осталось ещё два круга!
Все кричали и прыгали. И, казалось бы, все на трассе были на высоте. Я читала статистику, разглагольствовала о ней, пытаясь произвести впечатление на Франсуа и Армана своим опытом и знаниями. О неизвестном гонщике, вырвавшемся вперёд, все слышали, но не об этом.
Я помахала кулаком в воздухе, задержав дыхание, пока машина снова не пролетела весь круг по трассе. Затем наступил последний круг. Я не могла дышать, не могла ясно мыслить, костяшки пальцев, вцепившиеся в поручень, побелели.
— У него нет ни единого шанса на победу, — прокричал Арман.
— Да, чёрт возьми, это так, — добавил Рокко.
Моя улыбка стала шире.
— Давай, детка. Ты сможешь это сделать. У тебя получится.
— Его пытается оттеснить другая машина, — прорычал Мэддокс.
— Ты не представляешь, на что он способен. Просто смотри, — рявкнул мистер Тибодо. — Давай, парень!
— Давай. Ну, давай же. Поехали.
Когда наша красивая красная машина рванула вперёд, к финишной черте, у меня закружилась голова, я дрожала как осиновый лист.
Затем был сброшен клетчатый флаг, и началось столпотворение. Я бросилась ко входу в «небесную ложу», выбежала из неё и сбежала по лестнице к трассе. Мы выиграли гонку. Нет, гонку выиграл он, мужчина, который украл моё сердце много лет назад, гонщик.
Я до посинения спорила с Франсуа из-за того, что он собирался сесть за руль этой чёртовой машины. Но итальянец попал в аварию на лодке и застрял в больнице со сломанной ногой. Проиграв первую гонку, Франсуа был полон решимости не допустить, чтобы это повторилось.
Итак, он был за рулём девятой машины, когда она первой пересекла финишную черту. Я выбежала на трассу, проталкиваясь сквозь других пилотов и прессу, пытаясь добраться до него.
После того, как он проехал круг почёта, он резко затормозил, и команда пит-стопа бросилась вперёд, чтобы вытащить его.
Я не была терпеливой женщиной и не выдержала, проталкиваясь вперёд, пока не оказалась всего в нескольких футах от «Корветта».
