Клуб «Колетт».
Этот клуб на Гравье-стрит считался довольно модным, он был достаточно удален от проторенных путей безумия Французского квартала, чтобы я чувствовал себя более комфортно, хотя Дэниел осмотрел территорию, прежде чем позволить нам с Делани выйти из внедорожника.
Меры предосторожности, возможно, излишни, учитывая, что последние несколько часов всё было тихо, но я не сомневался, что тот, кто стоял за этим спектаклем, внимательно наблюдает за нами. По правде говоря, одной из причин, по которой я удовлетворил её желание, была надежда заставить их перейти к действиям. Чего я не хотел, так это чтобы гонка стала местом следующей угрозы.
Я позвонил и убедился, что мой столик будет готов к вечеру, и что он находится достаточно близко к танцполу, чтобы быть в курсе всего происходящего.
Это был идеальный клуб, чтобы пригласить Делани сюда, особенно учитывая, что рискованное приключение, в которое мы ввязались, получило своё начало в частном мужском клубе. Я достаточно изучил то место в Лос-Анджелесе, чтобы понимать, что оно должно было быть безопасным, учитывая людей, которые им владели. Что меня удивило, так это то, что для получения приглашения требовались либо деньги, либо влиятельные друзья. Как Джинни удалось заполучить приглашение, особенно учитывая то, что Делани рассказала мне о том, что у девушки был парень?
— Что это за место? — спросила Делани, когда мы подошли ко входу.
— Это клуб свингеров с одной из самых горячих танцплощадок в городе.
Она бросила на меня взгляд, от которого мог бы разгореться пожар в разгар снежной бури.
— Я стольких вещей не знала о тебе и твоём образе жизни, и хочу все их узнать.
— Ты была слишком мала, чтобы слышать о моём распутстве. Если только твой отец не предупреждал тебя, каким порочным человеком я был в глубине души.
— Мой отец никогда не говорил, что ты свингер, хотя и предупреждал меня держаться от тебя подальше.
— И сейчас?
— Да, — промурлыкала она. — Однако, я уже взрослая и могу сама решать, что для меня хорошо, а что нет.
— Уж это я знаю. И я не свингер. Я просто наслаждаюсь тем, что могу брать всё под свой контроль. А ещё мне нравится наблюдать за их плотскими утехами.
— Ты настоящий садист и вуайерист
— Это одна из причин. — Я провёл пальцами по её руке, наслаждаясь тем, как она вздрогнула от моего прикосновения.
— Зачем тебе бутылка бурбона? — спросила Делани, разглядывая пакет в моей руке.
— Они не продают алкоголь, но у них есть персонал, который поможет обеспечить нас всем необходимым, включая другие ингредиенты.
— А-а. Это ещё и фетиш-клуб. Предоставляются ли плетки, цепи и другие развратные игрушки?
— Только по запросу. И откуда ты так много знаешь о фетиш-клубах?
Свет уличных фонарей подчёркивал тёплый румянец, разлившийся по её и без того розовым щекам.
— Однажды я участвовала в фотосессии, где была госпожой. Не смейся. Это было потрясающе.
Я не смог удержаться от смешка, её смущение стало ещё одним напоминанием о том, что Делани была слишком ранимой и невинной для такого мужчины, как я. И всё же я уже запятнал её. По крайней мере, клуб не был откровенно порнографическим, он был просто местом для обсуждения предложений между настоящими свингерами. Сегодня вечером это не входило в мои намерения. Я имел в виду то, что сказал ранее.
Никто не прикоснётся к ней, кроме меня.
Как удивительно, что моя решимость улетучилась. Или, возможно, её вообще никогда не было. Сопротивляться ей казалось бесполезным, тем более что первобытный зверь внутри меня был слишком голоден, чтобы остановиться.
— Я определённо вижу тебя в коже и с хлыстом в руке, но ты никогда не будешь доминировать надо мной,
— Я никогда и не говорила, что хочу этого.
— Хорошая девочка.
Я в последний раз оглядел улицу. Единственным преимуществом посещения частного клуба было то, что я мог оставить оружие при себе. Однако размахивать им можно было только в случае крайней необходимости.
Дэниел остался на дежурстве снаружи. Всё время, пока он вёз нас к месту назначения, он постоянно поглядывал в зеркало заднего вида. По двум причинам.
Во-первых, он хотел убедиться, что за нами не следят. Ну а во-вторых, это было достаточно легко понять. Он был шокирован тем, что она была единственной женщиной, которую я когда-либо приводил в клуб. До того, как я перестал ходить сюда, я приходил один, наслаждаясь тем, что был не более чем наблюдателем. Это позволяло зверю оставаться в его логове. Искушения были, но я не обращал внимания ни на одно из них.
Хотя он и держал рот на замке, как всегда делали мои самые доверенные солдаты, я чувствовал, что позже ему стало ещё любопытнее.
