Стоило также не забывать и о долгах. Долг перед павшими соратниками, которые своими смертями дали ей отсрочку для спасения. За них обязательно надо отомстить. И второй долг – перед этими спасителями, которые не просто вырвали её из лап жуткой смерти, но ещё и омолодили, вернули полностью здоровье и даже улучшили красоту. Ведь достаточно было одного взгляда в зеркало, чтобы понять: отныне она выглядит как в самые лучшие годы своей молодости. А за такое во все времена многие красавицы были готовы отдать и тело, и душу, и… что там ещё остаётся…
Да и недаром этот моложавый аристократичный мужчина так строго на неё смотрит и так терпеливо ожидает ответа. Причём лицо его явно знакомо, очень знакомо…
– Вспомнила! – совсем не в тему и неожиданно для самой себя воскликнула Аристина, но тут же замотала отрицательно головой. Словно такого не может быть. Потом не выдержала и всё-таки спросила: – Фериоль, у вас есть старший брат? Или отец? Им сейчас должно быть где-то под семьдесят лет.
– Старших братьев у меня никогда не было. Отец погиб ещё в тридцатилетнем возрасте… – жрец сделал значительную паузу, – … и ты не ответила на мой вопрос.
– Извини… Конечно, я готова. Моя шпага, рапира, ножи, сабля и даже лёгкий меч к вашим услугам.
– Хорошо. Но теперь остаётся выяснить одну деталь из твоего прошлого: кто тебе поставил жуткие шрамы и за что?
В глазах у женщины засветилось понимание:
– Ага! Значит, кто я такая и откуда родом ты уже понял? Или узнал меня сразу?
– Ты всегда отвечаешь вопросами на вопрос? Здесь в проверке и подтверждении лояльности нуждаешься именно ты.
Стоило видеть, какой возмущённой мимикой пытался образумить своего старшего товарища Додюр Гелиан. Видимо, для него любое подозрение о бесчестии или двуликости вчерашней рабыни казалось личным оскорблением. Но так как Монах Менгарец молчал, строго поджав губы, кок и в себе нашёл силы сдержаться от высказывания вслух. Хотя своими ладонями, сжимающими женские плечи, постарался дать понять как о своей полной поддержке, так и убедить, что ничего страшного не происходит.
Аристина это почувствовала и благодарно улыбнулась. Но потом нахмурилась от неприятных воспоминаний, от которых ей всегда становилось трудно дышать:
– После предложения о замужестве со стороны моего похитителя, принца королевства Кезохи, я решила сбежать. Не мил он мне был, да и украл без спросу. При побеге мне помог один граф, имеющий на северной границе королевства Гачи маленькое поместье. Вот там мы и спрятались. Причём с того момента я попала в полное рабство к этому графу, который на самом деле оказался насильником, садистом и маргиналом[2]. Он меня держал месяцами в сыром подвале закованную в цепях и изводил голодом. И всё пытался добиться от меня согласия на брак. Но я выдержала, не сломалась. Отказывала ему до последнего вздоха. Тогда он, в желании отомстить, пошёл на крайнюю подлость. Вывез меня в глухой, огромный лес в центре баронства Эдмонда и сказал: «Раз ты не достанешься мне, то не достанешься больше никому!» Исполосовал меня острым скальпелем, оставил кучу тряпья для повязок и ускакал, бросив на произвол судьбы. Как я тогда не умерла от потери крови, до сих пор не пойму. Видимо, остатки моего упрямства заставляли стягивать тряпками раны и останавливать кровь. Потом, чуть оклемавшись, я встала и пошла куда глаза глядят. Через неделю отыскала первое жильё. Месяц жила у травницы, в её избушке. Старушка меня чуть подлечила, но устранить шрамы оказалось поздно. Дала совет идти в столицу баронства и там попытаться пристроиться на работу. Возвращаться в родные края у меня и мысли не было. Но я потерялась во времени, забыла про сбор рабов для империи Сангремар. Вот и попалась всего за пару дней до отмены приказа ловли преступников и бродяжек.
Женщина грустно вздохнула и вопросительно расставила ладошки:
– Что вас ещё интересует из моего прошлого?
Фериоль сузил глаза от воспоминаний:
– Графа, который тебя изуродовал, звали Резлоу?
– Да.
– Хм! Редкостная сволочь! Активно участвовал в твоём поиске.
– Да, Резлоу часто отлучался, оставляя меня в подвале наедине с крысами…
– Бывал этот Резлоу с обыском и у нас, в монастыре Дион.
– Ах! Так, значит, ты и в самом деле… Но нет, тот уже давно стал старцем!
– А ты как выглядишь? – заулыбался Фериоль. – Но я-то тебя сразу узнал, хотя живьём видел только в девятилетнем возрасте. Зато твои портреты, именно с такой внешностью, гуляли после твоей пропажи по всему континенту. Не узнать тебя трудно, княгиня Аристина Вакахан.
Наконец и Менгарец заговорил:
– Значит, сошлись старые знакомые? Вот так встреча! – и тут же первым встал из-за стола: – Что ж, раз все недомолвки устранены и мы перешли к доверительным отношениям, предлагаю поспешить на встречу с Катарги. Уже почти полдень, а нам надо будет ещё приготовить отменное угощение для всех участников пира. Мурчачо обещал доставить много дичи. Ну и наш железный конь с таким количеством пассажиров слишком не разгонится.
