Они остановились рядом с Гребным каналом и, оставив машину, пошли по парку. Вдруг Андрей сказал:
– Мне про тебя Феликс рассказывал!
У Милы перехватило дыхание: это конец! Андрей ее никогда не простит.
– Ничего не хочешь сказать? – продолжал Андрей.
Мила растерялась: что говорить? о чем говорить?
– Ты что, дар речи потеряла?
– А что он сказал? – робко спросила Мила.
– Будто ты не знаешь!
Мила поняла, что попала в западню. Но как из нее выбраться?
– Нет, скажи, что он сказал?
– Он сказал, что ты… – начал Андрей.
– Ну что? Продолжай!
– Сказал, что у тебя мужик появился, – Андрей внимательно посмотрел на нее. – И ты с ним ездила в Финляндию.
Ее глаза загорелись яростью. Острый носик округлился.
– Так вот что, – продолжал Андрей, замедляя шаг. – Раз ты с ним ездила в Финляндию…
– В Финляндию? – у Милы перехватило дыхание и скрутило живот.
– Да, в Финляндию, – подтвердил Андрей. – То я считаю, что ты просто… – Андрей не решился сразу произнести то, о чем подумал.
– Что просто? – спросила Мила.
– Ты просто… блядь!
Андрей смотрел на нее и чувствовал себя виноватым: не в его манере говорить такие вещи женщинам. По своей натуре он был сдержанным человеком и старался не срываться, хотя обостренное чувство справедливости порой и толкало его на импульсивные поступки. Но тут уже все смешалось – недоверие, злость, жажда мщения, желание. Пожалуй, больше всего он хотел снова овладеть Милой, а не обидеть ее. Но слова вырвались сами собой.
Мила остановилась. Ее щеки стали пунцовыми, глаза потемнели. Она дала Андрею пощечину настолько сильную, что его отбросило назад. Он схватился за щеку и шагнул к Миле, взяв ее за локоть.
– Ты что себе позволяешь? – рявкнул Андрей.
– Это что ты себе позволяешь!
В глубине души Мила радовалась, что Феликс не назвал имени ее любовника, хотя у нее было подозрение, что, возможно, Андрей знает все и просто издевается над ней.
– Что за чушь он несет? – со слезами в голосе воскликнула Мила.
– Ты лучше скажи, это правда? – прервал ее Андрей.
– Нет! Откуда он это взял?
– Он сказал, что ты сама ему рассказала об этом.
– Что?
– Что-что! Он так сказал, – ответил Андрей, – так это правда?
– Послушай, милый, – переходя на ласковый тон, сказала Мила. – Давай поговорим!
– О чем?
Мила буквально прижала Андрея к дереву, у которого они стояли. И все претензии Андрея куда-то испарились. Он не хотел больше говорить ни о поездке в Финляндию, ни о неизвестном ему молодом человеке на новой «БМВ» пятой серии.
– Я так по тебе скучала, зайчонок! – проворковала Мила и поцеловала Андрея в губы. Крепко обняв одной рукой Милу за талию, он страстно целовал ее то в губы, то в щеки, то в шею, то в плечи. Вдыхая, он чувствовал запах ее кожи, к которому примешивался аромат лета. Им стало так хорошо, что они начали дурачиться, обращая внимание друг друга на все вокруг: на птиц, паутинки, деревья, камни, которые попадались на дорожках, на белок, которые, словно шпионы, подкрадывались, чтобы подслушать, о чем они говорят. Они даже попытались поймать одного из этих пушистых лазутчиков, но белки мигом убегали прочь, прячась на деревьях.
Андрей отбросил все дурные мысли и просто любовался Милой: ее изящным носиком, нежными губами, пышными крашеными волосами, красивым овалом лица. Ее глазами, излучавшими невинность. Платье, обтягивавшее притягательную фигуру Милы, подчеркивало ее большую грудь и ласкало щеки Андрея, когда он прижимался лицом к ее плечам.
Бледно-голубое небо, словно ковер с замысловатым узором из облаков, опрокинулось на парк. Андрей с Милой пошли по аллее, и у него появилась мысль овладеть девушкой прямо здесь. Правда, на заасфальтированных дорожках изредка мелькали велосипедисты. Так что, хотя желание Андрея становилось все сильнее, он старался держать себя в руках, наслаждаясь каждой секундой, проведенной рядом с Милой. Теперь ему казалось, что он счастлив, и Мила – именно та женщина, с которой он хочет быть. Андрей устал бороться, выбирать и страдать. Он чувствовал, что настоящее счастье естественно только в настоящее время и связано только с этой женщиной. Ее внешний облик, даже ее одежда были предметом его восхищения. Он хотел ласкать только Милу и говорить нежные слова только ей. Ему не хотелось больше ссориться и что-то выяснять. Она же ласково, по-кошачьи, отвечала, подшучивая над ним. Мила всегда была такой, когда пребывала в хорошем настроении.
– Я хочу прямо здесь! – Мила бросила на Андрея взгляд, полный бесстыдства и желания.
– Прямо на улице? – попытался урезонить ее Андрей, хотя мечтал о том же самом.
– Да! – Мила теперь стала хозяйкой положения.
Они легли прямо на траву, и Мила оказалась сверху. Она целовала его в губы, шею, свитер. Андрея пронзило безумное желание. Но в то же время он прислушивался к голосам, которые звучали где-то вдали, и ему показалось, что они приближаются.
– Может, все-таки пойдем в машину? – предложил Андрей.
– А! – Мила тоже была возбуждена, ее раскрасневшиеся щеки выдавали ее. – Давай здесь!
– Там как-то спокойнее, – тяжело дыша, настаивал он.