Роман с Эльпидой затянулся гораздо дольше, чем поначалу они оба предполагали. Собственно, обстоятельства этому благоприятствовали: жизнь Андрея практически ничем не отличалась от холостяцкой. Эльпида во время отсутствия мужа тоже была предоставлена сама себе.
Она проводила огромное количество времени в салонах красоты и спортзале. Эльпида была из категории бездельниц с харизмой.
Вот и сейчас она приехала к Андрею в офис без предупреждения. Андрей, хотя и не имел ничего против, был несколько обескуражен ее появлением.
– Привет! Извини, что беспокою, – сказала Эльпида.
Абсолютное отсутствие макияжа придавало ей еще больше изящества и женственности.
– Ничего страшного. Но ты могла бы меня не застать. Что-то случилось?
– Просто ехала мимо – у меня спа до трех. А потом я свободна. Какие планы?
– Я буду здесь до полудня. Потом поеду на объект.
– Когда освободишься?
– Где-то в пять-шесть.
– Давай проведем выходные вместе?
– А муж?..
– Как всегда, в Москве.
– Понятно, – Андрей устало смотрел на Эльпиду. Когда он не высыпался, его тяжелые, как шторы, веки почти полностью закрывали глаза, и казалось, что он щурится.
– Ты хорошо выглядишь. Можешь не переодеваться сегодня, – она подыграла его самолюбию.
Эльпида села на стул на колесиках, подъехала вплотную к Андрею и уперлась руками в его бедра. Андрея завела эта дерзость, он резко притянул ее к себе и зарылся лицом в густые черные волосы, вдыхая дурманящий запах – запах женщины.
– Я заеду за тобой, чтобы ты мог выпить, – тихо произнесла Эльпида.
Андрей лишь кивнул в ответ.
Они отправились в Выборг, маленький уютный город на границе с Финляндией. Сидя на непривычном для себя пассажирском сиденье, Андрей закрыл глаза и вспоминал свою яркую, сложную молодость, когда они с друзьями как-то утром вот так же ехали по Выборгскому шоссе из Петербурга. Потом его мысли переключились на настоящее – он думал о сыне. Вспоминал его причудливые гримасы и, чувствуя свою вину перед ним, все больше злился на Милу.
Андрей понимал, что мужчина может безнаказанно получать от жизни больше удовольствий, чем женщина. Ему предъявляют меньше моральных требований и чаще прощают ошибки. Раньше Андрей в этом находил себе оправдание. Но с появлением ребенка он стал испытывать угрызения совести из-за того, что встречается с замужней женщиной. Андрей чувствовал себя трусом – вероятно, потому что не может быть честным с Милой. И в чем-то использует Эльпиду: он не мог избавиться от ощущения, что она дает ему больше, чем он ей.
В какой-то момент настроение стало таким паршивым, что Андрей хотел попросить Эльпиду вернуться в Питер. Но по пути попался небольшой ресторанчик, Андрей выпил двести граммов дешевого коньяка, и тоска отпустила.
Опять потянулись дни, как две капли похожие один на другой. Андрей мучился неопределенностью. Может, вернуться к Миле ради сына? Но как долго можно жить во лжи, не испытывая никаких чувств? Невозможно ведь выдержать… И все-таки он не решался поговорить с Милой начистоту, в глубине души надеясь, что она сама даст ему повод разорвать отношения.
Как-то, под предлогом прогулки с сыном, Андрей договорился встретиться с Милой. Она ждала его на улице – сильно похудевшая и осунувшаяся. Синий шерстяной жакет, в который она куталась от осеннего холода, болтался на ней, как на вешалке. Давно немытые волосы были собраны в небрежный пучок, под глазами появились тени. Мила молча подкатила к Андрею коляску и, ничего не сказав, пошла к парадной.
– Надо поговорить! – крикнул ей вслед Андрей.
Она остановилась, испуганно вжав голову в плечи. Постояла, видимо обдумывая его слова, и обернулась. Ее потухший взгляд не выражал никаких эмоций.
– Что-то важное? – равнодушно спросила Мила.
– Мы можем все спокойно обсудить? – Андрей начал разговор по-деловому, как привык говорить со своими партнерами. Решил, что так будет проще.
Мила неопределенно пожала плечами. Ее взгляд остался безучастным, и это напугало Андрея: он понял, что ей все равно.
– Можем. Только зачем? – ровным голосом спросила Мила.
– Мне кажется, есть смысл поговорить о наших отношениях. У нас ребенок, – твердо сказал Андрей.
Губы Милы скривились, как будто она почувствовала горечь во рту.
– Я не знаю. Прошло столько времени, я… Я не думаю… – Мила замолчала.
Андрей смотрел на нее и не узнавал. В кого она превратилась… Привлекательная эффектная девушка стала неухоженной, вымотанной теткой, но в этом была и его вина.
– Мы, конечно, можем встретиться, – Мила судорожно вздохнула. – Но ты… ты должен решить, с нами ты или нет. А иначе какой смысл разговаривать?
– Я предлагаю это сделать в пятницу. Ты сможешь Мишу оставить у своих?
– Ладно! Пусть будет пятница.
Впервые за последнее время Мила ничего не требовала. И это вызывало у Андрея еще больше беспокойства. Что это, усталость? Разочарование? А может, влияние ее матери?