Молодые люди чокнулись и выпили. Затянувшееся молчание прервал Игорь:
– Ты ведь из Югославии? А из какого города? Из Белграда?
– Нет, из Сплита, – ответил Горан.
– А-а, это рядом? – спросил Игорь.
– Это в Хорватии.
– Значит, ты хорват? – уточнил Гена, макая мясо в аджику.
– Да, я хорват. У нас в Югославии живет множество народов: хорваты, сербы, словенцы, бошняки. Это балканские славяне. Но есть также албанцы, болгары, цыгане, украинцы.
– Украинцы? – удивился Игорь.
– Да, украинцы, – подтвердил Горан.
– Ну и как у вас там живется?
– По-разному. Мы между Западом и Востоком. Между социализмом и капитализмом.
– Давайте выпьем за дружбу народов! – предложил Гена, взяв бутылку водки и готовясь наполнить опустевшие рюмки.
– И за мир, – добавил Игорь, – чтобы никогда люди не делили друг друга ни по национальности, ни по религии, ни по чему-либо еще. Ура!
– Ладно, народ, ближе к делу, – Андрей поставил пустую рюмку на стол. – Горан в курсе, зачем я его пригласил. Спасибо, что пришел, Горан! Я хочу тебя прямо спросить: ты готов участвовать в нашем деле? Я имею в виду продажу импорта.
– Я – за. Но мне нужна конкретика. Что именно вы хотите продавать? Какой у вас бюджет? – югослав был настроен по-деловому.
– Я думал об этом, и мне кажется, что здесь можно продавать все, что ни привезешь. Но начнем, пожалуй, с одежды: костюмы, джинсы, куртки. Только скажи, сколько денег необходимо, чтобы запустить процесс?
Горан задумался, нахмурив брови. Потом посмотрел поочередно на всех троих:
– Минимум пятьсот рублей! Самый минимум! Еще придется постараться, чтобы выйти в плюс. За эти деньги можно привезти четыре-пять классических костюмов. Хотя лучше взять разные. Например, два-три классических, два спортивных и пару джинсов.
– А кто будет возить все это? – спросил Игорь.
– Есть один человек, тоже хорват, но он в «меде» учится, ну и я буду. Нам понадобятся деньги на оплату дороги и по двадцать рублей с позиции каждому. С любой позиции: будь то джинсы, будь то костюмы, – пояснил Горан.
– Так, давай прикинем, – Андрей достал блокнот. – Костюм сколько будет стоить? Классический.
– Ну, рублей сто, – ответил Горан.
– Нужно же еще купить билеты туда и обратно. Во сколько это обойдется?
– Дорога в Сплит стоит рублей сорок-пятьдесят. Потому что там пересадка в Белграде. Итого сто пятьдесят рублей. Плюс каждому из нас по двадцать рублей. То есть на двоих сорок.
– Уже сто девяносто. Еще же дорога обратно?
– Нет, пятьдесят рублей это в оба конца.
– Отлично! – Андрей записал цифры в блокноте.
– Но учтите, я не могу гарантировать, что костюмы окажутся не дороже ста рублей. У меня есть пара ребят на фабриках, где их шьют, но цена всегда разная. Может быть и сто двадцать, и сто пятьдесят.
– Хм! – Андрей прикусил верхнюю губу и прищурил один глаз, что-то прикидывая в уме.
– Но вы же можете продавать подороже. Вас ведь никто в этом не ограничивает.
– А сколько стоят на «галерке» хорошие импортные костюмы? – спросил Гена.
– Советские продаются за сто – сто пятьдесят рублей в зависимости от фабрики, – ответил Игорь.
– Продукцию из Югославии можете смело предлагать за двести – двести пятьдесят, а то и за триста, – посоветовал Горан.
– За триста? – переспросил Андрей. – И что, за триста рублей здесь кто-то покупает костюмы?
Цифра настолько его удивила, что он даже встал из-за стола и начал ходить по комнате.
– Представь себе! – ответил Игорь.
– А ты-то откуда знаешь? – с недоверием спросил Андрей.
– Оттуда! – как всегда, дурачась, ушел от ответа Игорь.
– Ну а чему ты удивляешься? – поддержал Игоря Горан. – В Союзе ничего не достать. Спрос огромный, а предложения почти ноль. Одежда местного производства никому не нравится. Да и ее не каждый достанет, – Горан вытащил из кармана пачку «Мальборо» и, явно красуясь, предложил всем закурить.
– Кстати, ты учти, Дрон, на «галерке» придется платить долю братанам, а то не пустят, – Игорь с видом бывалого курильщика выпустил струю сигаретного дыма из носа.
– Сколько?
– У Феди спросим. Для каждого своя такса.
– Ну хоть какие-то приблизительные цифры есть? – настаивал Андрей.
– Да хер его знает, вроде около пятисот, а может, и больше! В зависимости от продаж. Если с этим минимумом не справишься – вылетишь с рынка. Многие не выдерживают таких условий и слетают, а кто-то в долг берет, лишь бы остаться.
– И что, все платят? – спросил Гена.
– Стараются, но это непросто!
– А кто такие бра-та-ны? – спросил Горан, произнеся новое для него слово по слогам.
– Никаноровы. Они родные братья-боксеры. Их трое, и они контролируют «галерку». Если им платишь – не трогают, – ответил Игорь и оглянулся на Андрея. Тот молча стоял у окна, скрестив руки на груди. Все ждали, что он скажет, но Андрей не торопился с решением.
– Может, чаю? – спросил он. Это было совсем не то, что ожидали услышать его друзья.
Заметив сомнение на лицах, Горан хлопнул себя по коленям и сказал:
– В общем, думайте, но недолго! Ко мне тут еще два брата-еврея обратились, тоже хотят работать. И мне надо решить, с кем я остаюсь, потому что мне не осилить столько товара из Югославии. Надо же еще учиться.