– Прости, – я оттолкнула его и вновь склонилась над унитазом. Но желудок был пуст. Яростные спазмы вывернули его наизнанку, но облегчения не принесли. – Увижу еще раз этого крылатого негодяя, все перья повыдергиваю! – прошипела мисс Хайд. – Ощиплю, как курицу!
– Грозная моя! – Драган вновь прижал меня к себе. – Все будет хорошо.
– Может, он это и имел в виду, когда говорил о бонусах? Мощный детокс всего организма?
– Пойдем. – Горан отнес меня на кровать и заставил выпить стакан воды. – Все будет хорошо, любимая. – Он лег рядом и прижался ко мне со спины.
Частично мой санклит был прав – к утру тошнота прошла, а воспоминания о Киллиане словно подернулись мутной пленкой. Жизнь продолжилась. Мы оборудовали в доме специальное хранилище для манускриптов с острова, и я с головой ушла в их изучение, пытаясь найти информацию по Архангелу Михаилу, междумирью – чтобы помочь родителям моих демонят, и по странному безумию сестры Горана, Катрины.
Кира вполне успешно руководила проектом по созданию генетической базы санклитов и извлечению с острова останков жертв Киллиана. Многие из них уже были опознаны и переданы родным.
Госпожа Энжел официально стала госпожой Драган.
Малышка Юля росла. Понимая, что в любой момент за ней может вернуться Сергей, я старалась не привязываться, но попробуйте не влюбиться в идеального младенца, когда ваше тело переполняют гормоны, а под сердцем толкается двойня!
Но вскоре «передышка» закончилась, и все стало плохо.
Хуже некуда.
Самое невыносимое – это то, что все можно вынести.А. Холланд «Полное затмение»
Когда женщина не может плакать, это страшно.М. Митчелл "Унесенные ветром"
Тот день начался, как обычно.
– Доброе утро, любимая! – промурлыкал Горан, стоило мне открыть глаза.
– Доброе утро, любимый!
– Доброе утро, малыши! – будущий отец погладил и поцеловал мой живот, в котором сразу же началась революция.
– Юные Драганы, успокойтесь! – взмолилась я. – Все в папу – лишь бы мне покоя не давать!
– Скорее, все в маму! – парировал он. – Тоже шило в попе!
Хотелось улыбнуться, но в душе начало подниматься, как грозовая туча из-за горизонта, предчувствие чего-то плохого – и простое человеческое, и, что гораздо хуже, вибриссное.
– Родная? – почувствовав мою нервозность, забеспокоился Горан. – Что?
– Пока не знаю. – Я попыталась успокоиться, но ничего не вышло.
К обеду «усы» уже верещали матом, и было до слез обидно, что все попытки понять, с какой стороны ждать беду, провалились. Мы сделали все, что могли, но к тому, что произошло, все же оказались не готовы.
Спусковым крючком стал звонок из клиники Катрины, которую атаковали неизвестные.
– Поезжай. – Сказала я Горану, когда он выключил сотовый, уверенная, что это и была причина воплей вибрисс. – Ты нужен там.
– Саяна!
– Драган, ты необходим сестре. Только будь крайне осторожен, хорошо?
– Конечно. Ты тоже, любимая! – он прижал меня к себе.
Мой санклит уехал, а я осталась в окружении охраны. «Усы» орали настолько яростно, что мне не удавалось найти себе место. Меряя шагами гостиную, я подпрыгнула от еще одного звонка мобильного и затаила дыхание.
– Саяна, пришел Глеб. – Сообщил Ковач.
– Не открывайте ворота! – выдохнула я, внезапно осознав, что происходит. Но было уже поздно.
– Его пропустили… – растерянно выдохнул Нико.
Потом были взрывы, стрельба и снова взрывы.
– К вертолетной площадке, живо! – скомандовал Нико.
– Поздно. – Прошептала мисс Хайд. – Они уже здесь. – Перестав ощущать свое тело, я увидела сад в черно-белых тонах, даже не удивляясь, что смотрю на него через одного из наших псов. Как их много, этих нападающих!
– Отступаем в бункер! – Ковач подтолкнул меня к лестнице, набрал на панели код, бетонная панель начала уезжать в сторону. И в этот момент в гостиную ворвался Глеб.
Я утонула в его глазах, пытаясь найти хотя бы тень той любви, что когда-то была между нами. Мой мушкетер, защитник, друг, мудрый старший брат. Никого из них не осталось. Этот собранный мужчина в черном, со сжатыми зубами не имел с ними ничего общего. Он пришел убивать.
Звонок сотового заставил меня вздрогнуть.
– Ответьте, госпожа Драган. – Холодно усмехнувшись, бросил Глеб.
– Да, родной. – Тихо выдохнула я в трубку.
– Это ловушка, Саяна! – донесся до меня любимый голос. – Идите в бункер!
– Хорошо, Горан. – Дрожащая рука отключила сотовый.
– Пришло время платить. – Спокойно произнес мужчина с внешностью моего брата.
– За что? – я усмехнулась.
– За тот выбор, что ты сделала.
– Кто дал тебе право судить?
– Ты была моей сестрой, а он влил в тебя свой яд, отнял у меня, убил!
– Я простила его, Глеб!
– А я – нет!
– Я живу в его глазах, а он – в моих!
– Это ненадолго. Твой упырь тоже заплатит за все – жизнью. Но сейчас есть дела поважнее. – Его неприязненный взгляд лег на мой живот. – Эта мерзость не должна увидеть божьего света!
– Мои дети?! – руки извечным женским защитным жестом легли на живот.
– Эти выродки – не дети, госпожа Драган! – рявкнул Глеб. – Они – немыслимые полукровки!
