– Ты уверена? – спросил Ковач – в сотый раз, наверное.
– Да. Я знаю, с нами все будет хорошо. Поэтому все вы остаетесь здесь, охранять малышей. А мы отправляемся в самоволку!
– Слушаюсь и повинуюсь. – Богомол улыбнулся.
Я запрыгнула на черный рычащий Харлей, сорвавшийся с места, прижалась к Драгану и улыбнулась. Свобода!
Урчание мощного мотоцикла, горячая спина мужа под щекой, волна свежего ветра – что еще нужно? Мы мчались вперед, забив на все правила, без шлемов – пользуясь тем, что бессмертны, и смакуя каждую секунду.
Мимо пронесся небольшой дайверский городок. Спящие вдоль дороги собаки, разомлевшие от жары, лениво поднимали морды и провожали нас сонными глазами. Почти медитативную расслабленность нарушали только выбоины в асфальте, но их было не так много, чтобы жаловаться на дорожное покрытие.
С одной стороны мелькали небольшие лачуги, с другой проплывали рисовые террасы. На горизонте собирались разбухшие от влаги тучи. С гор, покрытых плотным ковром зелени, спускалась пасмурность, заставляя зелень приобретать тот насыщенный цвет, что бывает у нее, только когда небо сосредотачивается на том, чтобы разразиться проливным дождем. В воздухе пахло свежестью.
Когда пришлось притормозить у подножия горы, было даже жаль прекращать наш «мотоциклетный полет». Мы прошли через небольшую стоянку скутеров и начали подниматься по широкой дороге, утоптанной тысячами ног.
Я уже была одета в традиционную балийскую одежду, которую купила специально для посещения храмов, различных церемоний и торжеств: белоснежную кебайю – приталенную блузу, голубой саронг и бело-голубой пояс, подчеркивающий талию, которая, наконец-то, появилась. Мне нравился этот комплект – благодаря ему выигрышно смотрится любая фигура, в нем я ощущала себя женственно даже во время беременности. Но по правилам при посещении храма саронг должен быть и на мужчине, о чем мисс Хайд с удовольствием сообщила Драгану, протянув ему взятую из дома синюю ткань.
– Как скажешь, – он со вздохом повязал «юбку» вокруг талии. – Так сойдет?
– Не шевелись. – Я достала сотовый и, умирая со смеху, запечатлела исторический момент. – Глава клана в саронге! Незабываемое зрелище!
– Спасибо, не розовый! – пробурчал он. – И не в цветочек.
– Не оказалось под рукой.
– Есть Бог на свете!
– Неправильно завязываете! – ко мне подскочил местный.
– А как надо? – наивно полагая, что не так повязал «юбку» хорват, спросила я.
– Показать? – парень прищурился.
– Конечно.
Через мгновение наглец шустро развязал мой саронг и, полюбовавшись ножками, завязал ткань на талии простым узлом. Ну да, сама я бы ни за что не справилась с такой мудреной задачей!
– Вот так надо! – улыбаясь и откровенно строя глазки, парень погладил мои бедра и довольно кивнул. – Ты выглядишь, как балийская девушка. У тебя муж балиец?
– Муж у меня дракон. – Невинно улыбаясь, ответила я. – Демон – дракон. Повяжи-ка и ему саронг, как положено!
– У него все правильно! – напоровшись на полыхающий взгляд Горана, стиснувшего кулаки, вывернулся нахал, отступая.
– Брысь! – рявкнуло мое ревнивое чудище, вырвав супругу из когтей коварного балийского плейбоя.
– Не бузи, дракон мой огнедышащий!
– Он тебя нагло лапал!
– Блондинки для них – диковинка, сам знаешь. – Я обняла моего Отелло, который никак не мог привыкнуть к тому, что местные пытаются до меня дотронуться с первой секунды на Бали. В этом смысле райский остров стал его адом.
– Ты – моя диковинка! – мужчина ревниво прижал меня к себе, окинув балийцев грозным взглядом, но те продолжали улыбаться, ничуть не пугаясь.
– Идем, мой балийский красавчик! – госпожа Драган подхватила его под локоть и увлекла на гору. – Нам еще километр наверх топать. А то и больше.
– Одно твое слово – на руках донесу!
– Верю, – я кивнула и указала ему на макаку, которая с упоением купалась в луже, вспомнив беззаботное детство, – прелесть какая!
– И не говори! – Горан расхохотался, вспугнув хвостатую.
Поняв, что за ней наблюдают, зверюшка состроила серьезную морду и чинно, как подобает взрослой мартышке, прошествовала, задрав хвост, к собратьям. Те сидели, чинно сложив лапки на груди, на небольших столбиках, отгораживающих дорогу от зеленых зарослей, и стреляли из-под густых кустиков бровей цепкими взглядами прожженных бандитов по беспечным туристам.
Если кто-то из людей зазевается, когтистая лапа тут же нырнет в рюкзак, пакет или карман, вытащит все наружу и, скорее всего, обратно это получить уже не удастся – хвостатые террористы на переговоры не идут. А если не выйдет ничего полезного урвать, то один из разбойников предпочтет сорвать с вас кепку и, размахивая добычей, ускачет в зеленые заросли.
Обменять «заложника» на банан можно и не мечтать! Местных бандиток от них уже подташнивает. Посмеиваясь, мы вступили на лестницу, у которой каждая ступень в ширину была по десятку шагов. Возникшая перед глазами ровная поверхность исторгла из моей груди стон облегчения.
– Сейчас ревновать начну. – Санклит озорно усмехнулся.
– Продолжу, хотел сказать? – потирая поясницу, парировала мисс Хайд.
