Никто не хотел работать. По мнению Яцкевича, конечно. На самом деле, как часто бывает, все навалилось сразу: конец квартала, сдача проекта по важнейшему для компании направлению, на котором была занята добрая часть сотрудников, болезнь зама Камила и свадьба племянницы ведущего инженера. В общем, получалось, что «ввиду производственной необходимости» Яцкевичу самому пришлось выполнять работу, за которую в другой раз он не взялся бы — по должности не положено. Список неотложных дел включал конференцию по копировальному оборудованию. Специализация напрямую к Камилу не относилась — принтеры считались вотчиной ведущего инженера, но из всего того, чем Яцкевичу заниматься не хотелось, конференция выглядела наименее нежелательной.
«Что же, — подумал Камил, — прошвырнусь до бизнес-центра. Давно не появлялся на подобных мероприятиях». В свое время Яцкевич исколесил всю страну в командировках и присутствовал на всевозможных слетах, форумах и семинарах. Теперь все эти специализированные сборища казались ему до зевоты скучными. Основная цель конференции — презентация новых марок — лишь для непосвященных. Народ съезжался ради общения, встреч с коллегами и новых полезных знакомств. Камил приятелей в этой среде не имел и не испытывал ни малейшего желания обзаводиться новыми знакомыми.
К бизнес-центру с помпезным названием «Империя» Яцкевич приехал, умышленно опоздав на час. Он отметился у административной стойки, где ему вручили увесистый пакет с проспектами и рекламными буклетами. Сожалея о невозможности немедленно избавиться от презента, Камил побрел к актовому залу. Там его ждала очередная неприятность — конференция еще и не думала начинаться. «Нужно было явиться ближе к вечеру, чтобы наверняка», — рассердился он и устроился в тихом уголке на галерке.
Официальная часть началась как обычно. По очереди выходили менеджеры — представители фирм-поставщиков и говорили ни о чем. Общие слова, спичи, реклама и вода, вода, вода. Дали слово иностранному партнеру. Широко улыбаясь, он вышел на сцену и затараторил на шведском. Он делал паузы, и курносая девушка с видом студентки-отличницы переводила его слова.
В перерыве, уплетая за чаем свежеиспеченные круассаны с вишневым джемом, Яцкевич лениво посматривал по сторонам. По его представлению, к нему должны были подойти партнеры и завести разговор. Это и было целью его появления на мероприятии. Все контакты налаживаются в кулуарах за непринужденной беседой. Лично ему эти контакты даром были не нужны, но шеф пожелал, чтобы на конференции их фирма непременно «засветилась». Камил даже не думал проявлять инициативу, способствующую «засвечиванию». «Кому надо, сами обнаружатся, — рассуждал он. — Не хватало еще совершать телодвижения. Пусть спасибо скажут, что вообще сюда пришел». Бейдж Яцкевича с призывной надписью «ОАО „Атлантик“» интереса ни у кого не вызывал. Это обстоятельство Камила ничуть не расстраивало: он свою миссию выполнил, а остальное — не его забота.
Следующая часть конференции ничем не отличалась от предыдущей: монотонно тянулись выступления с безразличным Яцкевичу содержанием. Он нахально закрыл глаза и погрузился в свои мысли. Ему пригрезился зимний вечер на даче, треск дров в камине и запах новогодней елки. Он блаженно развалился в кресле, а стройная Снегурочка массировала ему шею. Она нежно касалась его своими изящными пальцами и что-то шептала ангельским голосом.
— Камил Станиславович! Господин Яцкевич! — от легких прикосновений Снегурочка перешла к тряске, отчего Камил проснулся. Перед ним стояла бесцветная блондинка и внимательно заглядывала ему в лицо.
— Камил Станиславович, следующим выступаете вы, — поставила его перед фактом барышня.
Такого подвоха Яцкевич не ожидал. «Надо же так попасть. Вот шеф, мать его!» Первой мыслью было спастись бегством, но исчезнуть незамеченным не представлялось возможным — его выход уже объявили. Тем более, сзади конвоировала белобрысая.
