— Мог подождать, когда принесут сменную одежду, если такой брезгливый.
Как раз это он и притащил, швырнул на полку штаны и рубаху из скользкой трикотажной ткани, взывая к моему чувству приличия. Ссориться не имело смысла, я с удовольствием надел свежие вещи. Подобревший от моей покладистости Гессе сел напротив, задумчиво похлопал себя по ляжкам гулкими ладонями.
— Спросить что-то хочешь? Не стесняйся, — подбодрил я. — Я и голый добродушен и одетый благожелателен.
— Правда, что женщины не становятся вампирами?
Меня удивило незнание столь элементарных и основополагающих вещей. С большей вероятностью я предположил притворство, но лишь кивнул, не считая нужным вдаваться в подробности.
— Тогда зачем Алиса с тобой?.. — он не договорил и надулся, словно нехорошие мысли больно стучали изнутри по костям черепа.
Неровно дышит что ли? Не только переспать хочет, но и чего-то большего? В принципе, почему нет? В жизни всякое происходит. Мне с самого начала так показалось, просто я искренне не верил, что кто-нибудь возьмёт на себя труд ревновать такую независимую барышню, как Алиса. Оно того не стоило.
— Сам в шоке, — ответил я. — Ни забеременеть, ни заразиться она не могла. Как мужчина я ей неинтересен, и меня тошнит от того, что она со мной сделала, но люди иногда верят нелепым легендам больше нежели истине.
— Или рассчитывают, что у них-то получится, просто другие неладно брались за дело.
— Верно мыслишь, друг сердечный Гессе. А зачем Алисе становиться вампиром? Для того, чтобы не стареть или есть более близкие и конкретные цели?
— Много будешь знать!.. — огрызнулся он, но я перебил жёстко.
— Пойму, что вам нужно, смогу посодействовать в достижении цели, но пока вы все так неумело лжёте, я бессилен! Ни хрена вам не дадут мои пробы, нам и то не помогло разобраться, а мы этим маялись веками!
Гессе угрюмо насупился:
— То есть, ты думаешь, что мы тебя обманываем?
Смотрите-ка отрок невинный! До сих пор верит, что все вокруг говорят правду, только он один стеснительно лжёт? Мне вот, кстати, тоже надоело враньё. Оно мешало двигаться дальше, постигать то, что я хотел. Время уходило попусту, а оно и у вампира дорого стоило.
— Я знаю. Здесь всё этим провоняло. Есть у тебя какой-то начальник или сам способен решиться на искренность? Поверь, если мне здесь с вами, чокнутыми, надоест, я ведь найду способ уйти. Не удержите, как бы не старались.
— Не обольщайся, кровосос. Я сильнее.
— А я умнее, но давай не меряться мускулами или чем-то иным существенным. Договориться всегда проще, хотя подраться и быстрее. Пока что меня удерживает на месте любознательность, но она ведь иссякнет до дна и весьма скоро.
Он окинул меня сумрачным взглядом, я ответил аналогичной любезностью, но более ничего не сказал, вынуждая парня принять хоть какое-то решение. Это хороший способ изменить надоевшие обстоятельств, я его неоднократно проверял в деле.
— Ладно, — буркнул он. — Я поговорю с начальством.
— С Алисой? Она ведь старшая в вашей группе.
Он не ответил, вместо этого гордо вышел и запер дверь. Я не рассердился, вновь растянулся на жёсткой койке и принялся думать дальше. А чем бы ещё занялся дожидаясь, пока тупые жернова человеческих мозгов не переварят мои передовые идеи?
У вампиров всё происходит быстрее чем у людей, при том, что жизнь длится дольше, но вот мыслим мы хоть и проворно, но довольно хаотично. Не знаю уж, сбой в программе происходит в момент преображения или ставится блок на неофита, чтобы жизнь простой не казалась, но как ни зазнавайся, а здесь мы людей почти не превосходим. Помогает опыт долгой жизни и более совершенный способ накопления информации, но не слишком сильно. Ну что делать, весь мир сразу никогда не прогнётся даже под правильно изменённого, обязательно останется упрямая прямая часть.
Я пытался идти от деталей, пробовал сразу объять целое, но итог расплывался как фига в тумане. Почему-то не только таинственные незнакомцы занимали моё воспалённое воображение, но лезли навязчиво в голову жестокие правила столичных игр и странное постфактум внимание к проигравшим. Не мог я игнорировать явные совпадения, слишком одновременно появились в моей жизни специалист по волшебным мышцам и обладатель оных, словно кто-то пихал меня под локоть и жужжал в ухо: подумай, ты сможешь.
А я не смог. Изучал взглядом постылые панели, соглашался с тем, что несомненно заварилась вокруг нешуточная каша, но вот прозреть цели всех движений вокруг не умел. Сказывалась долгая отстранённость от общего течения жизни. Земляне засадили в карантин всю планету, а вся планета обошлась точно так же с нами. Мы научились не обижаться на человеческую жестокость, но широта взглядов, точность понимания происходящего от нас незаметно ушла. Завелись в вампирах, как плесень в углах, местечковые спесь и урезанный кругозор.
