Элдер нажал на дверную ручку…
– Ну, что там? – раздался голос изнутри.
– Кто там? – спросил капитан.
– Хеккер, – ответил голос. – Что вам от меня нужно? Я купаюсь.
– Это ваш гость? – спросил Элдер у Брунса.
– Да! Может быть, вы и против этого что-то имеете? Портовый рабочий по имени Хеккер застрял здесь из-за карантина. Это мой старый знакомый, зашел сюда выкупаться и почитать журналы.
– Хорошо… хорошо… не надо так горячиться, господин Брунс. Я хотел бы поговорить с вашим другом Хеккером.
Брунс подошел к двери ванной и стукнул в нее ногой.
– Эй! Выходи, да только пошевеливайся.
– Ладно! Чего орать-то, ты…
– Не надо выражаться! Тут полиция.
Капитан провел рукою по лбу. Влияние усталости все больше сказывалось. Сейчас снова пойдет дождь… В такую погоду человеку кажется, что у него нервы натянуты, словно струны.
Дверь ванной отворилась, и в крикливо яркой пижаме вышел Хеккер.
– Что вам угодно? – спросил он с видом аристократа, вытаскивая из кармана сигарету «Брунс».
– Что вы делали в сто втором номере? – крикнул на него Элдер.
– Такой тон…
– Заткнись, а то так врежу, что зубы повылетают! И вынь изо рта сигарету, когда стоишь передо мной!
Слова Элдера произвели изумительный эффект. Поведение Хеккера молниеносно изменилось. Одно движение – и погашенная сигарета исчезла.
– Прошу прощения… господин инспектор… я теперь совершенно переменился…
– Молчать!
– Не разговаривайте в таком тоне с моим гостем, – вмешался Брунс.
– Вы, разумеется, правы. Пойдем, спустимся в прачечную, там я с тобою побеседую… да пошевеливайся, подонок!
– Прошу прощения, господин инспектор… не надо… я и так все вам расскажу… мистер Брунс не станет возражать, чтобы… вы расспросили меня здесь…
– Естественно… – вставил Брунс.
– Ладно. Но тогда я попрошу вас, мистер Брунс, оставить нас, потому что не исключено, что мне придется основательно избить этого голубчика, а в такие минуты мы с Хеккером предпочитаем быть наедине.
– Да, но…
– Выбирайте то, что вам кажется предпочтительнее, мистер Брунс – Каждый раз, когда Элдер поворачивался к американцу, его лицо и голос становились изысканно вежливыми, мгновенно меняясь, когда он снова обращался к Хеккеру. – Ну, погоди, сукин сын! Я тебе все кости переломаю! Ты меня попомнишь!
Брунс вышел в другую комнату. Элдер огляделся вокруг, словно в поисках чего-то. Наконец, найдя длинный ремень от чемодана, он сложил его в несколько раз и подошел к Хеккеру.
– Элдер… – сказал капитан. – Вы же знаете, что при допросах нельзя…
– Послушайте, господин капитан! Хеккер – это по моей части, я ведь работаю в отделе, который отвечает и за порядок в порту. Там приходится иметь дело совсем с другим народом, чем у вас в службе безопасности. Этот Хеккер другого языка не понимает…
– Прошу прощения… господин инспектор… Я признаюсь, что был там… еще перед рестораном… Но к велосипеду я и не притрагивался…
– Значит, запираешься?! – проговорил Элдер таким тоном, будто и впрямь его интересовал этот велосипед. – Выходит, не ты его разобрал?
– Это… это уже потом… Слипе сказал, что продаст меня, если я не помогу разобрать… Ну, я и разобрал, но продавать ничего не продавал… кроме фары и цепи… да и то за гроши…
– Слушай, Хеккер, ты мне надоел. Перебрался бы ты в английские колонии, там бы тебя полиция научила уму-разуму, а с меня хватит. Если ты пообещаешь, что навсегда уберешься с Явы, я отпущу тебя…
– И бить не станете?
– Это уже совсем другой разговор. Об этом мы поговорим после того, как ты мне скажешь, что тебе было нужно в сто втором номере.
– Так я же серьезно и не… Рука с ремнем шевельнулась.
– Я же серьезно… не делал ничего особенно плохого… Когда меня поселили в той каморке с шарманщиком, я несколько раз… залезал сюда, если… тут никого не было… И… воровал сигареты… Но денег ни разу не брал. А по вечерам я удирал из своей каморки и спал в сто втором, потому что…
– Откуда ты взял ключ?
– У меня есть отмычка…
– Откуда…
– Сам сделал, из стальной проволоки… Вы же сказали, что бить не будете!!
– Такого я не говорил. Ну, давай дальше.
– Это и все…
– Не лги! Как все было, когда там встретились мужчина и одна женщина…
– Я не…
– Что?!
– Я не отрицаю: однажды вечером кто-то пришел туда… Я еле успел спрятаться в шкафу. Видеть я его не видел, только слышал, как он расхаживает по комнате. Потом в дверь постучали, и вошла еще и женщина…
– О чем они говорили?
– Почти и не говорили. Мужчина сказал, зло так: «Что ты от меня хочешь?» А женщина прямо прошипела в ответ: «Я вас погублю… Когда Артур обо всем узнает, вам конец… И убежать отсюда не удастся…» Мужчина сказал: «Хочешь денег?» А она ему: «Нет! С этим ты опоздал, мерзавец! Ты думал, что тебе все сойдет! Так ведь? Я собой пожертвовала… Ненавижу эту Вилльерс…»
– А потом?
– Больше я ничего не слышал.
– Ты! Не лги, иначе…
– Больше я ничего не слышал.
Элдер знал людей подобного сорта. Знал, что Хеккер что-то скрывает, но знал и то, что он будет упрямо молчать, чтобы самому не впутаться в беду.
– Чем ты шантажировал этого Брунса?
– Я не…
– Ты снова?
