– Я пришлю вам эту настойку, – сказала Урсула Гугерсгейм (вдова барона фон дер Фрюварта). – В такую сырую погоду человек должен беречься от ревматизма.
– Это так мило с вашей стороны… – ответила Хельга Йоринс – Спасибо… Примите, дорогая, в знак благодарности мой скромный труд «Величие и бессмертие женской морали».
– Спасибо. Вы тоже идете, графиня?
– Задержусь еще на минутку. Мисс Йоринс обещала, что разрешит мне выбрать несколько книг… В такую погоду, когда нельзя ни поиграть в теннис, ни выкупаться в море, чувствуешь себя просто ужасно. Может быть, хоть хорошая книга выручит меня.
Петрова была настоящей красавицей. Белокурая, с тонким лицом и спортивной фигурой. В сером костюме из английской шерсти она напоминала героинь пьес Ибсена. Мягкой, ритмичной походкой она подошла к книжной полке и, помахивая сумочкой, висящей на пальце заложенной за спину руки, начала разглядывать корешки.
Урсула Гугерсгейм (вдова барона фон дер Фрюварта) вышла из комнаты в сопровождении мисс Йоринс.
Феликс продолжал стоять неподвижно. То, что он видел в соседней комнате, все больше делало его похожим на изваяние с вытаращенными глазами.
Графиня Петрова быстро оглянулась, выдвинула один из ящиков комода и сунула в сумочку две небольшие вещицы. Затем, обнаружив под стопкой белья пачку банкнот, она прихватила изрядную долю их. Закрыв ящик, она вынула пудреницу и начала приводить в порядок лицо… Для женщин это иногда бывает отличным средством успокоиться.
Воровка…
Вернулась мисс Йоринс.
– Выбрали что-нибудь, дорогая?
– Да, вот эту и эту, – ответила Петрова, показывая наугад на две книги. – Спокойной ночи.
– Это действительно великолепные вещи, – сказало седая теософка, беря в руки одну из подобранных книг. – Чудесно! Вы, оказывается, умеете читать по арабски?…
– Я… когда-то… занималась… Спокойной ночи…
– До свидания. Графиня вышла.
– Ванна готова, – сообщила горничная и, поклонившись ушла.
Мисс Йоринс направилась в ванную. Салон был теперь пуст.
Феликс с отчаянием огляделся по сторонам. Что накинуть на себя, чтобы можно было выскочить в коридор? Покрывало с кровати!… Из ванной слышался плеск воды… Старуха скоро вернется!
Бр – р-р!…
Он схватил покрывало и прыгнул на кровать, стараясг прикрыться им… Кто-то идет!
Поздно!… Кошмар…
Вошел слуга с настойкой и оторопело застыл перед зрелищем, представшим ему в свете, пробивавшемся из соседней комнаты.
Феликс стоял на кровати на четвереньках!… Лакей выронил настойку и метнулся назад в коридор, бормоча:
– Гадость… Что же это… Неслыханно. Вот это да!
Потом у него начался приступ икоты. Еще много недель беднягу передергивало при одном воспоминании об увиденном.
Мисс Йоринс так никогда и не смогла понять, почему Урсула Гугерсгейм (вдова барона фон дер Фрюварта) перестала здороваться с нею и при встречах смотрела куда-то в пространство над ее седой головой…
Было около одиннадцати часов. Мод еще читала, когда в дверь постучали.
– Войдите.
В комнату ворвалась диковинного вида дама. На ней была старомодная кофейного цвета блузка, нижняя юбка из темной тафты и лаковые туфли. Лицо с геометрической точностью было разделено на две половины, одна из которых заросла густой щетиной.
– Тс-с… Мне надо переодеться… Одежду я принес с собою… – В руках у странного создания был узел, из которого торчал конец шпаги.
Мод зажала руками рот, чтобы не расхохотаться во весь голос.
– Характерно для вас, – с горечью проговорил Феликс. – Вам бы только хихикать в самых драматических ситуациях.
– Откуда вы явились?
– Может быть, сами узнаете по костюму?…
Он исчез в ванной и через мгновенье вернулся в форме командира линкора Дикмана. Рукава были коротки, брюки доходили только до щиколоток, а один из эполетов отлетел при первом же движении.
– Теперь мне надо кончить бриться, – сказал мрачно Феликс, сумевший пронести сквозь все невзгоды бритву с надписью «Сидни Крик», мыло и универсальный ключ.
– Да, вид у вас с половиной бороды ошеломляющий.
– Я так и думал, когда шел сюда, что лучше мне уж сразу умереть. Я хотел понравиться вам, а выгляжу до половины освежеванным козлом…
Он привлек девушку к себе.
– Мод… вам будет легче, ее та я скажу, что знаю о вас все… И все равно люблю вас…
Девушка стояла перед ним, печально опустив голову.
– Я рада… тому, что вы сказали это… И, может быть, если когда-нибудь… А, ладно…
– Слушайте, Мод… Вы можете бежать вместе с князем в Америку, я тоже приеду туда…
– Поздно. Я все равно пропала – заявит на меня Декер или выдаст Боркман… Самое лучшее, что я могу сделать, это ценой своего доброго имени спасти несколько хороших людей… Отдайте мне, пожалуйста, тетрадь.
– Те-традь…
Мод с испугом посмотрела на растерянное лицо Феликса.
– Что… с тетрадью?!
– Она… осталась в сто втором… в моем костюме рассыльного… она была в кармане… а они забрали его…
– Вы не можете… снова забрать ее?… – прошептала девушка.
– Они унесли одежду в канцелярию… Тетрадь была в куртке…
Девушка в отчаянии опустила руки.
