Короче говоря, все пили за здоровье короля, королевы и новорожденного дофина. Понятно, что никто и не думал работать. Никто, кроме кардинала де Ришелье. Во время этого счастливого события его не было в Париже, он находился по делам в Пикардии. И он написал оттуда королю поздравительное письмо и, как утверждается, именно он предложил назвать дофина «Богом данным».
Феодосий, Theodosius, в переводе с греческого «Богом данный» – так звали последнего императора единой Римской империи, и в письме кардинала говорилось:
Данное событие означало, что отныне трону Людовика XIII ничего больше не угрожает и что позиции его младшего брата Гастона, а также тех, кто делал на него ставку, сразу же оказались практически сведенными к нулю. Счастливый король тут же обратился к папе Урбану VIII (в миру Маффео Барберини) с просьбой быть крестным отцом новорожденного. Папа согласился и направил в Париж для участия в обряде крещения дофина своего специального представителя – Джулио Мазарини.
Его симпатии, подкреплявшиеся боязнью
Габсбургов на Итальянском полуострове,
настраивали его в пользу Франции.
Говоря о папе Урбане VIII, избранном в 1623 году, а до этого служившего папским посланником при Генрихе IV, обычно отмечают, что в период Тридцатилетней войны его влияние на ход событий было минимальным. Отмечают и его моральный авторитет, который был предметом всеобщей критики, и его конфликт с Галилео Галилеем, закончившийся судом и пожизненным заключением ученого под домашний арест.
В контексте данной книги нас больше интересует даже не сам факт рождения Людовика XIV, а то, что Урбан VIII согласился стать его крестником, несмотря на непростые отношения с кардиналом де Ришелье.
Об этих отношениях историк В.Л. Ранцов пишет так:
