— Хватит! — прорычал Луис, пытаясь схватить Софию за руку. — Хочу поговорить с тобой, снаружи. Наедине.
Ошеломляюще быстро Стивен отбросил руку Луиса в сторону, тем самым блокировав его движение.
— Отвали нахрен, — бросил он таким голосом, что у меня встали волосы на затылке. И это Стивен, который гордился своим самообладанием!
— Стивен, — вмешалась София, стараясь сделать так, чтобы конфликт не вышел из-под контроля. — Queridom'io, все хорошо, я… Я сделаю, как он хочет, я могу с ним поговорить.
Стивен уперся в Луиса тяжелым взглядом:
— Она — моя!
Воздух сгустился от враждебности, струящейся от стоящих друг напротив друга мужчин. Я очень пожалела, что отослала Тэнка домой. В прошлом он частенько разнимал драчунов, а сейчас ситуация могла обернуться чем-то страшным.
— Луис, — обеспокоенно промолвила Аламеда. — Может, тебе стоит вернуться в отель, а я тут разберусь со своей дочерью?
— Никто не будет со мной разбираться! — вспыхнула София. — Я вам не щенок! Mam'a, когда же ты поймешь, что я сама могу принимать решения!
Губы Аламеды начали дрожать, а глаза наполнились слезами. Она бросилась рыться в сумочке в поисках носового платка.
— Я ведь все делала для тебя! Вся моя жизнь только для тебя. Я просто пытаюсь уберечь тебя от ошибок!
— Mam'a, — раздраженно сказала София. — Мы с Луисом не подходим друг другу. — Аламеда же рыдала так громко, что услышать дочь просто не могла. София повернулась к Луису: — Мне жаль. Я желаю всего самого лучшего тебе и твоему сыну…
— Eresbabosa [18], — взорвался Луис. По тому, как София застыла, я поняла, что это какое-то оскорбление. Он ткнул в Стивена: — Когда этот вон поймет, насколько ты тупа и ленива, как лежишь в постели, словно бревно, он тут же тебя бросит. И оставит тебя жирной и беременной его ублюдком, как твой отец — Аламеду.
— Луис! — воскликнула Аламеда, от потрясения даже перестав плакать.
Луис же продолжил резко:
— Однажды ты, София, на коленях приползешь ко мне, и я скажу, что именно этого ты заслуживаешь за свое…
— И это все, что мы хотели услышать, — резко вмешалась я. Видя, что Стивен на грани, я шагнула к двери и широко ее распахнула. — Если тебе нужно такси, буду рада вызвать машину.
Не проронив больше ни слова, Луис выбежал из дома.
— Как же он доберется до отеля? — спросила Аламеда со слезами в голосе. — Мы ведь приехали на моей машине.
— Сам разберется, — ответила я.
Аламеда промокнула глаза, вокруг которых образовались круги от туши как у панды.
— София, — проскулила она. — Ты так рассердила Луиса. Он сам не понимал, что говорит!
Удержавшись от язвительного замечания, я положила руку ей на плечо и повела вглубь студии:
— Аламеда, за кухней есть туалетная комната, по коридору и налево. Возможно, вы бы хотели поправить макияж.
Приглушенно вскрикнув, Аламеда бросилась в ванную.
Я обернулась и увидела Софию в объятии Стивена.
— … прости, что впутала тебя в это дело, — печально произнесла она. — Это все, что я смогла придумать.
— Не вздумай извиняться, — наклонив голову, Стивен впился в ее губы поцелуем, одной рукой бережно поддерживая ее затылок. Я услышала, как София резко втянула в себя воздух.
Изумленная, я прошла мимо них на кухню, будто ничего предосудительного не происходит. Машинально принялась доставать чистые тарелки из посудомоечной машины.
— Я помогу с ужином, — наконец услышала я слова Стивена. — Что у нас в меню?
София ошеломленно ответила:
— Не могу вспомнить.
И до конца вечера Стивен оставался воплощением идеального возлюбленного. Я не видела, чтобы он так себя вел когда-либо раньше. Заботился. Развлекал. И я не могла определить, что из этого настоящее, если вообще такое было. Он настоял, что поможет Софии с готовкой, и вскоре мы с Аламедой сидели за барной стойкой и наблюдали за ними.
Стивен и София бесчисленные часы проработали вместе, но раньше всегда казалось, словно им немного неловко. Но только не сегодня. Они будто заново открыли значение слова «вместе». Будто нашли правильный подход друг к другу и теперь смягчались.
Поработав в семейном ресторане, София стала искусным поваром. Этим вечером она готовила курицу в шоколадном соусе [19] — любимое блюдо Аламеды. В качестве закуски София подала тарелку с домашними кукурузными чипсами, тонкими и хрустящими, а к ним взбитую в легчайшее пюре сальсу, от остроты которой покалывало язык.
Пока Стивен смешивал маргариту, я отправилась за Коко и принесла ее познакомиться с Аламедой. Хотя у нас с матерью Софии не было ничего общего, но мы наконец нашли, на какой почве можем подружиться. Аламеда и все остальные ее сестры, тетушки Софии, обожали чихуахуа. Положив Коко на колени, она ворковала над ней по-испански, восхищалась ее розовым кожаным ремешком, усыпанным стразами. Признав во мне неравнодушного слушателя по всем касающимся чихуахуа вопросам, Аламеда принялась делиться советами по корму и стрижке.
Стивен выставил салат из свежеобжаренной кукурузы, покрошенной брынзы и порубленной кинзы с терпким сливочным соусом из лайма.
— Ну как, все правильно? — спросил он Софию.
